Фон тюрьма: %d1%82%d1%8e%d1%80%d1%8c%d0%bc%d0%b0 фон Фоновые фотографии, 207 Фоновые векторы и PSD-файлы для бесплатной загрузки

Содержание

бесплатная загрузка | фон, тюрьма, тюрьма Шилох Ранч, HD обои

бесплатная загрузка | фон, тюрьма, тюрьма Шилох Ранч, HD обои | Wallpaperbetter фон, тюрьма, тюрьма Шилох Ранч, HD обои

Вам также могут понравиться эти обои для рабочего стола

  • 1920 x 1200 px

    тюремная камера, интерьер, камера, тюрьма, HD обои
  • 1600 x 1200 px

    Побег из тюрьмы, тюрьма, перерыв, HD обои
  • 2000 x 1333 px

    тюрьма, руки, люди, металл, тюрьмы, HD обои
  • 1920 x 1080 px

    Джокер джейл бэтмен темный рыцарь HD, кино, темнота, бэтмен, рыцарь, джокер, тюрьма, HD обои
  • org/ImageObject» data-w=»468″ data-h=»310″>

    2048 x 1357 px

    фон, камера, тюрьма, HD обои
  • 1920 x 1200 px

    Raving Rabbids, Ubisoft, тюрьмы, тюрьмы, юмор, HD обои
  • 1920 x 1080 px

    Искусственный, Тюрьма, Заброшенный, Жуткий, Тюрьма, HD обои
  • 5315 x 3543 px

    фон, камера, тюрьма, HD обои
  • 1920 x 1283 px

    Харли Куинн, Кино, Отряд самоубийц, Харли Куинн, Тюрьма, Марго Робби, HD обои
  • 1920 x 1200 px

    серое бетонное здание, тюрьмы, заброшенные, HD обои
  • 1388 x 1920 px

    Побег из тюрьмы, заключенные, кино, мужчины, HD обои
  • 1920 x 1200 px

    Рукотворное, Тюрьма, Тюрьма, Религия, Комната, HD обои
  • 1920 x 1080 px

    Джокер фото, Бэтмен, Джокер, темный рыцарь, тюрьма, темный рыцарь, HD обои
  • 1920 x 1200 px

    Вентворт Миллер в роли Майкла Скофилда в «Перерыве в тюрьме», Вентворт, Миллер, «Тюрьма, перерыв», HD обои
  • 1920 x 1080 px

    Windows 10, Фон, Windows 10, фон, HD обои
  • 1920 x 1080 px

    Тюремная камера Sin City BW HD, фильмы, черно-белое, город, камера, грех, тюрьма, тюрьма, HD обои
  • 1600 x 1000 px

    ТВ-шоу, побег из тюрьмы, HD обои
  • 3000 x 2000 px

    модель, женщины, тюрьмы, тюрьма, окно, ворота, HD обои
  • 2124 x 1195 px

    Перерыв в тюрьме: продолжение, Вентворт Миллер, 2017, Майкл Скофилд, 5 сезон, HD обои
  • 2047 x 1237 px

    тюрьма, здание, HD обои
  • 1920 x 1200 px

    Искусственный, Тюрьма, Заброшенный, Жуткий, Тюрьма, HD обои
  • org/ImageObject» data-w=»496″ data-h=»310″>

    1920 x 1200 px

    книги, кофе, чтение, Харли Куинн, фильмы, Марго Робби, тюрьма, блондинка, актриса, отряд самоубийц, сидит, скрестив ноги, хвостики, женщины, красные ногти, окрашенные волосы, заключенные, тюрьмы, HD обои
  • 2557 x 1920 px

    Побег из тюрьмы, 5 сезон, Вентворт Миллер, HD обои
  • 2880 x 1800 px

    простой фон, синий, простой, минимализм, синий фон, абстракция, градиент, HD обои
  • 3840 x 2160 px

    силуэт горы, простой, простой фон, минимализм, черный фон, закат, горы, цифровое искусство, HD обои
  • 2048 x 1367 px

    здание, тюрьмы, HD обои
  • 1920 x 1080 px

    Айдахо, ранчо, HD обои
  • 1920 x 1200 px

    желтый подсолнух с черным фоном, цветы, желтые цветы, черный фон, цифровое искусство, желтый, минимализм, простой фон, растения, HD обои
  • 1920 x 1440 px

    Обои Побег из тюрьмы, побег из тюрьмы, брат, Доминик Пёрселл, Уокворт Миллер, HD обои
  • 2000 x 1327 px

    фон, камера, тюрьма, HD обои
  • 2560 x 1440 px

    черный фон с наложением текста, типографика, цитата, простой фон, HD обои
  • 3000 x 2006 px

    заброшенный, больница, тюрьмы, апокалиптические, HD обои
  • 1440 x 900 px

    черный фон с наложением текста, карта, типография, красочные, мир, карта мира, Россия, облака слов, черный фон, цифровое искусство, простой фон, HD обои
  • 1920 x 1200 px

    текстура, простой, темный, простой фон, чёрный фон, гранж, HD обои
  • Загрузить больше обоев

    Любовь и ненависть фон Триера — РТ на русском

    Когда я смотрю на Ларса фон Триера, мне всё время кажется, что на пальцах у него вытатуированы свастики. Quatsch. Это неправда. У него написано слово F**K. Это у меня уже провалы в памяти. Свастиками, на самом деле, покрыто здание Датского киноинститута в Копенгагене. В принципе, весь Копенгаген ровным слоем покрыт свастиками — начиная со зданий пивзавода Carlsberg. Это у вас свастика — это свастика, а в Копене это знак счастья и удачи.

    Впрочем, татуировку корявыми буквами «Пошли вы» у Триера это тоже не отменяет. Хотя бы потому, что любить Триера невозможно. Он заранее отменяет термин «любовь» относительно самого себя.

    Поэтому его принято ненавидеть. И есть за что. Потому что как режиссер Ларс фон Триер — циничный манипулятор, залезающий своими холодными мокрыми руками водопроводчика вам в голову и давящий на нужные участки мозга. Динь — и вы зарыдали над маленькой Бьорк, трям — и вы зарыдали над маленькой Эмили Уотсон, бэмс — и вы уже сходите с ума вместе с Уиллемом Дефо. Да вообще, этот тип что хочет, то и делает с аудиторией, испытывая границы возможного. И тут же их нарушает.

    Также по теме

    Критики в Каннах встретили фильм Ларса фон Триера аплодисментами

    На Каннском кинофестивале критики встретили новый фильм режиссёра Ларса фон Триера «Дом, который построил Джек» аплодисментами. Об…

    Когда выходит новый фильм Триера (никакой он не «фон», эту чушь он придумал для забавы), я, например, делаю всё возможное, чтобы посмотреть его как можно позже. Пусть на нём для начала обломаются более смелые и более эмоционально тупые.

    Я бы, наверное, с удовольствием вообще не смотрел его фильмов. 

    Потому что его профессия — разбивать вам сердце. А так как в жизни и так достаточно вещей, которые так и так разбивают сердце, то Ларс со своими выдуманными, хладнокровно сконструированными ужасами бытия в этой очереди пусть будет последним. Но вот проблемка — не смотреть их нельзя.

    Уж больно крупный художник этот Ларс фон Триер — на кривой кобыле не объедешь. 

    Иногда я думаю, что он так относится к зрителю, потому что сам — плод евгеники, которую заклеймили как нацистскую науку. Его мамаша, посмотрев на мужа, решила, что от такого унылого перца ничего хорошего не родится, и совершенно сознательно пошла зачала от совсем другого мужика, у которого были хорошие творческие гены и был он из хорошей творческой семьи датского классического органиста. Видимо, после того как Ларс узнал, что он не более чем щенок, чей окрас поддержали правильной случкой, его отношение к миру стало несколько специфическим. А заодно он узнал, что теперь он совсем не еврей, вопреки предыдущей версии.

     

    Ну а что вы хотели от родителей — леваков-нудистов? Все эти модные концепции «свободного воспитания», которые на нём отрабатывались, не более чем красивая упаковка для родительского пофигизма. Немудрено, что среднюю школу он окончить не смог — «не вписался в строгие рамки». Немудрено, когда у тебя каждое лето нудистские лагеря с родителями вместо детских. Зато в десять лет на бытовую камеру снял свою первую короткометражку. А потом в 12 лет умудрился сняться в кино «Тайное лето» у Томаса Виндинга, который был суперпопулярным нарратором детских сказок, и вся страна любила его голос. Его завораживала техническая сторона кино, и он-таки набился через полгода студии в качестве реального «мальчика за всё» — кому свет притащить, кому кофе принести.

    Потом он сделал свой первый наскок на Копенгагенскую киношколу (ту самую, которая вся в свастонах по фасаду), но школа ловко увернулась. Тогда он записался в Filmgrupp 16, ассоциацию кинолюбителей, и пошёл работать по блату в Датский кинофонд. Там в свободное от работы время он снял два коротких фильма — «Садовник, выращивающий орхидеи» (1977) и «Мята-блаженная» (1979). В «Садовнике» есть сцена, когда герой в нацистской форме красит себе ресницы тушью. Второй фильм тоже был про войну. То есть Ларс с самой юности был большим затейником. Эти два фильма стали его пропуском в киношколу, где он и проучился до 1983 года. Дипломный его фильм «Картины освобождения» (в оригинале Befrielsesbilleder) даже выпустили в прокат, что впервые случилось с киностудентами Дании за всю историю. Более того, его показали на Берлинском кинофестивале. 

    Первый же полнометражный фильм Триера «Элемент преступления» (1984) показал, что теорию кино Ларс изучал не зря.

    Это как бы триллер, детектив, неонуар, а с другой стороны, уже с третьей минуты экранного времени так отдаёт «Сталкером» и прочим Тарковским, что стало ясно — такое кино критикам обязательно понравится. Говорят, что там виднеются даже уши «Андрея Рублёва», но я что-то пропустил.

    На плечах советских гигантов Триер прокатился аж до номинации на «Золотую пальмовую ветвь» на Каннском фестивале, получив заодно большой приз технической комиссии данного киносмотра. А «Элемент преступления» стал первым фильмом трилогии «Европа».

    Самое замечательное в этом фильме — то, что он невероятно скучный. «Скучный» в хорошем смысле слова — дети не падают из окна во время маминого оргазма, небо не падает на землю и не обижают слепых девушек.

    Также по теме

    Шарлотта Генсбур рассказала о работе с Ларсом фон Триером

    Актриса Шарлотта Генсбур рассказала о работе с режиссёром Ларсом фон Триером.

    Всё это будет потом. 

    Во втором фильме трилогии — «Эпидемии» — автор уже поддаёт жару и пытается сделать хоррор про сценаристов.

    Ну а третий — «Европа» (1991) — сделан так, как будто Фрэнк Миллер решил рисовать свои комиксы во франкфуртском лагере для немецких военнопленных в 1945 году.

    В картине прозвучали слова: «Компания «Центропа».

    Так будет называться собственная продакшен-компания Ларса Триера, который уже присоединил к фамилии аристократическую приставку «фон» безо всякого на то основания. Просто потому, что другие режиссёры сделали это.

    Внезапно, по ходу дела, он снял музыкальное видео на песню Bakerman группы Laid Back. Они, конечно, милые, но при чём тут Ларс (фон) Триер — непонятно.

    Для того чтобы подзаработать денег, Триер снял для телевидения мини-сериал «Королевство» (1994). Датчане и шведы обычно заливисто смеются, глядя на экран, потому что там много шуток, которые остальным европейцам просто не заходят (например, про шведскую атомную станцию в Мальмё). И его основное достижение — он довел приём ручной камеры, которую промотировал Жан-Люк Годар в ранних фильмах, до полного маразма. Зрителя просто укачивает. Я смотрел «Королевство» на Берлинском фестивале, и таки пришлось уйти из кинотеатра: я хоть и инженер-механик судовых силовых установок и знаю, что такое Баренцево море зимой, но это слишком для моего вестибулярного аппарата.  

    Настоящим прорывом для него стал «Рассекая волны» (1996). Вот тут он нашёл свой идеальный рецепт, как насиловать эмоции зрителя. Здесь и страхи по поводу психического нездоровья, и физические травмы, и сексуальное унижение, граничащее с извращением, и религиозный конфликт, и так далее. И главное, что он топчется своими сапогами по вашим слёзным мешкам, делая из зрителя практически мазохиста. Это первый фильм из трилогии «Золотое сердце», где, кроме всего прочего, «Идиоты» и «Танцующая в темноте».

    Для порядка отметим, что к этому моменту Триер с Томасом Винтербергом выпустили киноманифест «Догма 95», который устанавливал некоторые правила для кинематографистов-единомышленников. Но «Рассекая волны» тут же нарушил эти нормы в частности, всё-таки построив декорации, использовав компьютерную графику и наложенную в монтаже музыку. Чего, конечно, участники «Догмы» делать не должны. 

    Цель была правильной, но средства никуда не годились. «Новая волна» оказалась всего лишь лёгкой рябью; волна омыла прибрежный песок и откатилась…Сегодняшнее буйство технологического натиска приведёт к экстремальной демократизации кино. Впервые кино может делать любой. Но чем более доступным становится средство массовой коммуникации, тем более важную роль играет его авангард.

    1. Съёмки должны происходить на натуре. Нельзя использовать реквизит и декорации.

    2. Музыкальное сопровождение не должно идти отдельно от изображения или наоборот.

    3. Камера должна быть ручной. Любое движение или неподвижность диктуются только возможностями человеческой руки.

    4. Фильм должен быть цветным.

    5. Оптические эффекты и фильтры запрещены.

    6. Фильм не должен содержать мнимого действия (убийства, стрельба и тому подобное не могут быть частью фильма).

    7. Сюжеты, где действие происходит в другую эпоху или в другой стране, запрещены (действие должно происходить здесь и сейчас).

    Короче, первое, что сделал Триер, — нарушил собственный манифест.

    Хотя фильм «Идиоты» вполне вписывается в его рамки. Всего в рамках «Догмы» было снято 35 фильмов разными режиссёрами из разных стран. Но, как по мне, так лучшими остаются «Торжество» Винтерберга и «Последняя песнь Мифуне» Крага-Якобсена. Находиться в строгих рамках — это большое искусство.

    Кстати, о способности Триера ставить препятствия другим людям — очень недурно посмотреть документальный фильм «Пять препятствий» (2003), в котором он предлагает классическому режиссёру 1960-х Йоргену Лету сделать ремейк его картины «Совершенный человек». Но с условиями и ограничениями.

    А пока «Рассекая волны» получил Гран-при в Канне, Эмили Уотсон номинирована на «Оскара» и множество других призов.

    В 1998-м вышел второй фильм трилогии «Золотое сердце» — «Идиоты». Группа антибуржуазно настроенных граждан валяет дурака, и каждый ищет в себе «внутреннего идиота». Судя по обилию голой плоти и гениталий, это большой привет от родителей Триера — леваков-нудистов. Фильм был номинирован в Канне, не получил ничего. И вообще фестивали на него забили. Только журналистское жюри ФИПРЕССИ что-то там ему выдало на Лондонском кинофестивале.

    Кто-нибудь вообще знает, что смотрят на Лондонском кинофестивале? Я вот тут сам недавно вошёл куда-то на Лондонском фестивале с коротким метром — до сих пор не могу понять куда.

    Ларс фон Триер кто угодно, только не идиот. Он первым понял, что на «Догме» много не заработаешь. И поэтому третий фильм из трилогии — «Танцующая в темноте» (2000) — был совсем-совсем другой. Во-первых, это музыкальный фильм. Во-вторых, он пригласил на главную роль Бьорк, которая тогда была практически на вершине славы, ну а в-третьих и в-четвёртых — он сделал максимально слёзовыжимательную историю про слепнущую девушку, ограбление, смертный приговор — full house.

    И это сработало. На «Оскара» была номинирована заглавная песенка I’ve seen it all, Бьорк стала лучшей актрисой на Каннском фестивале, а сам Триер — лучшим режиссёром, фильм был номинирован на парочку «Золотых глобусов», он стал лучшим датским фильмом на национальной кинопремии, стал лучшим европейским фильмом на Goya Awards и так далее.

    Но чтобы вы понимали, насколько фон Триер расчётливый делец, надо как минимум знать, что, пока вы рыдали над судьбой Сельмы — героини Бьорк, фон Триер уже перекрасил декорации тюрьмы, где снималась Бьорк, в розовый цвет — буквально — и уже снимал лесбийское порно. Но зато теперь вы знаете, почему и как возникла «Нимфоманка» (2013). 

    Если вы меня разбудите в копенгагенском отеле среди ночи и спросите строго: «Какой лучший фильм у Ларса фон Триера?» — я не задумываясь скажу: «Догвилль» (2003).

    На самом деле, это вообще один из лучших фильмов, который можно было поставить.

    Без декораций — в стиле «театр у микрофона», с прекрасной Николь Кидман в роли Грейс Маллиган, которая оказалась потрясающей драматической актрисой, и с накалом страстей и ненависти, от которой плавится проводка.

    Я не знаю, чему там учат в Копенгагенской киношколе, но я думаю, что им достаточно внимательно посмотреть «Догвилль» — и можно смело идти за дипломом. Единство места и времени действия. Вне времени. Без действия. Сплошная классика и авангард одновременно.

    «Мандерлей» (2005) повторяет все примочки «Догвилля», даже героиня та же — Грейс Маллиган. Тут её играет Брайс Даллас Ховард. Но что-то по второму разу смотреть уже не хочется. А вообще в этой трилогии «США — страна возможностей» есть ещё «Вашингтон», но он ещё не снят. Не знаю, почему Триер так ненавидит Америку, но в этом он солидарен с другим великим северянином — Аки Каурисмяки.

    В 2006-м он снимает комедию «Самый главный босс». Картина начинается как сюрреалистическая комедия, но всё равно заканчивается размышлениями над судьбами капитализма. Но это неважно, зато Триер опробовал на картине удивительную технологию — Automavision. Режиссёр выставляет камеру на лучшую позицию, а потом компьютер рандомно выбирает, как работать с объективом: наезд, отъезд, угол.

    В 2007-м режиссёр решает некоторым образом свести счёты со своей студенческой юностью и делает автобиографическую картину «Молодые годы: Эрик Ницше. Часть 1-я». При этом Эриком Ницше он называет почему-то сам себя.

    Трилогия «Депрессия» — это «Антихрист», «Меланхолия» и «Нимфоманка». Мало того что режиссёр сам в депрессии, но он вгоняет этими картинами в депрессию даже кнехтов в Новой гавани Копенгагена. Он умеет это делать. «Антихрист» — просто набор всего самого страшного, что может случиться с человеком и что люди сами друг с другом делают. Подробности с гибелью младенцев, отрезанием гениталий и т. д. опускаю — всё равно вычеркнут какие-нибудь снежинки и единороги.

    «Меланхолию» (2011) он называет «германским романом», что веселья не прибавляет.

    Он реально был в депрессии. И когда по поводу «германского романа» на Каннском фестивале его начала доставать местная журналистка, он психанул и сказал, что раз теперь он не еврей (из-за маминого решения зачать от этнического немца), то, скорей всего, он немец и нацист. Более того, теперь он «понимает Гитлера». Что тут началось! Пресса тут же стала раздувать эти глубоко личные саркастические ремарки как антисемитский скандал, и Триера сделали персоной нон грата на Каннском фестивале. Тем не менее актриса Кирстен Данст получила «лучшую актрису» на том самом Каннском фесте за роль в этом фильме. Журнал Sight & Sound включил картину в список лучших фильмов, когда-либо снятых. Потом директор Каннского фестиваля сказал, что скандал был тупым и на пустом месте, и вообще фон Триер — друг.

    Ну а с «Нимфоманкой» (2013) тоже всё понятно — более асексуальную картину сложно придумать.

    Три года Ларс снимал «Дом, который построил Джек». Его показали на Каннском фестивале. И несмотря на то что сто слабонервных зрителей ушли с просмотра, остальные устроили стоячую овацию. Картине пытались устроить какой-то особо кровавый маркетинг, но на самом деле перед глазами всё равно останется полностью списанный до мелочей ад художника Боттичелли — со всеми его кругами.

    Как говорит сам Триер, «фильм — он должен быть как камушек в вашем ботинке».

    То есть всё время беспокоить.

    И вот странное дело — лично Ларс фон Триер совсем не мрачный монстр. Он любит посмеяться, его любят актёры (кроме набитой Бьорк, которой в бреду померещилось, что он её вербально и физически абьюзил).

    Он выглядит как хитрован — датский крестьянин, который выращивает курочку и свинку, а по воскресеньям голым бродит по песчаному пляжу. 

    С татуировкой F**K на пальцах.

    Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

    Карл Мария фон Вебер: за что немецкий романтик попал в тюрьму? | Культура

    Карл Мария Фридрих Эрнст фон Вебер (полное имя) родился не то 18, не то 19 ноября 1786 года. Отец его, барон Франц Антон фон Вебер, как говорили злословы, вовсе и не имел права на приставку «фон», тем не менее, числился бароном и, между прочим, был дядей жены Моцарта Констанцы, урожденной Вебер.

    Имя Вебера в Германии почитаемо, он является создателем национально-самобытного немецкого музыкального театра. Хороший знакомый Гофмана и Гёте. Автор довольно известных и злободневных афоризмов: «Цивилизованная дикость — самая худшая из всех дикостей», «То, что не стоит прочтения более одного раза, совершенно не заслуживает прочтения».

    Среди его произведений — оперы «Рюбецаль», ««Вольный стрелок», «Три Пинто» — завершена Густавом Малером, «Эврианта», «Оберон». Эти оперы для немцев — приблизительно то же самое, что для нас оперы Глинки — «Иван Сусанин» и «Руслан и Людмила». (То есть слушать в театр вряд ли пойдем, но твердо знаем, что есть, и гордимся тем, что русский музыкальный театр стоит в одном ряду с европейским).

    С именем Вебера связан ряд историй, которые характеризуют и его самого, и эпоху, в которой он творил.

    В двенадцать лет Вебер сочинил свою первую комическую оперу «Сила любви и вина». Жил он, естественно, в родительском доме, и партитура оперы хранилась в шкафу. Вскоре по неизвестной причине этот шкаф сгорел со всем его содержимым. Причем, кроме шкафа, ничего в комнате не пострадало. Вебер воспринял этот случай как знак свыше и решил навсегда отказаться от музыки, посвятив себя литографии. (В возрасте 14 лет он освоил литографический способ печати и даже улучшил его).

    Однако, несмотря на ясные предзнаменования, страсть к музыке не проходила, и в 14 же лет Вебер написал новую оперу «Немая лесная девушка». Ее довольно часто ставили потом в Вене, Праге и даже Петербурге. Тогда же Вебер перестал верить в приметы. Хотя, надо заметить, тягу к сверхъестественному он сохранил на всю жизнь, это видно прежде всего по тем либретто, которые он выбирал для своих опер.

    Это — довольно известные истории, но есть одна, которую сам Вебер вспоминать очень не любил.

    В 20-летнем возрасте Вебер приезжает в Штутгарт, где становится личным секретарем герцога Людвига Вюртенбергского. А надо сказать, что по сравнению даже с военными законами прусского короля, здешний закон о воинской повинности приводил всех в ужас: никто не мог избавиться от военной службы! (Вюртенберг с подачи Наполеона был отдельным королевством). Можно представить себе головную боль бюргеров, у которых призывали старших сыновей, причем, могли забрать прямо с экзаменов. Только королевские слуги смотрели на всех свысока, даже на знать.

    У молодого Вебера и у самого были долги, а ему еще приходилось ведать расстроенными финансами герцога. Ко всему прочему, скоро приехал отец композитора (вообще, кажется, тема отношений Вебера с отцом заслуживает внимания психоаналитиков) и тут же изрядно увеличил сумму его долгов, взяв 800 гульденов из герцогских денег. Вебер обратился за помощью к бывшему слуге и скоро получил деньги, написав расписку. А через несколько месяцев был арестован прямо в театре на репетиции своей оперы по обвинению в присвоении чужих денег и — во взяточничестве при вербовке солдат!

    Все оказалось очень просто. С расширением военных действий (а немцы неохотно шли в армию Наполеона) богатые жители Вюртенберга стали покупать должности при дворе герцога Людвига. Это было прекрасным дополнением личной казны, но королю-то не доставалось! Виноватым, как всегда, сделали «стрелочника» — считалось, что Вебер обещал кому-то освободить (так и хочется написать «отмазать») сына от армии. Но в отношении композитора обвинения рассыпались, а кто ж будет расследовать деятельность герцога? И дело закрыли.

    16 дней, проведенные в тюрьме, явились вехой в жизни Вебера, из юноши он превратился в мужчину, в творца, который точно знает, чего хочет. И сделает это.

    Несмотря на некоторые жизненные неприятности, Вебер до конца сохранял приверженность своим идеалам, став одним из корифеев немецкой музыки. Не лишился он и чувства юмора. В газетах появлялись восторженные похвалы в адрес его несравненной музыки. Догадаться, кто их сочинял, нетрудно, и, возможно, это уже не первый случай «само-пиара» в истории. (И уж точно не последний). Что ж делать, Вебер относился к себе с большим уважением, причем настолько, что трое из его четверых детей были названы именами отца-композитора: Карл Мария, Мария Каролина и Каролина Мария. (Хорошо иметь много имен! Можно всех детей назвать строго в свою честь).

    Жизнь — непредсказуема. Хотя история богата параллелями. Нужно просто заниматься СВОИМ делом.

    Оставим герцогам — герцогово. Но даже если суждено нам служить у герцога, или в крупной корпорации, или просто у дяди Васи, давайте не забывать о своей самости. Не стоит, наверное, отождествлять свою личность с интересами человека, который на данный момент, казалось бы, является чуть ли не хозяином твоей судьбы. Или от которого могут зависеть крайне важные события в твоей жизни. А может, лучше всего, балансируя на грани своих устремлений и чужих интересов, стараться сохранять равновесие? Я не знаю.

    Но так часто вспоминается афоризм уже Козьмы Пруткова:
    «Если у тебя спросят: что важнее, месяц или солнце? — ответствуй: звезды…»

    Тот, кто экономит на школах, будет строить тюрьмы ▷ Socratify.

    Net

    ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ

    ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ

    Тот кто закрывает больницы, будет открывать кладбища… Тот кто закрывает школы, будет строить тюрьмы.

    Неизвестный автор (1000+)

    Если Вы не строите свою мечту, кто-нибудь обязательно наймет Вас строить свою.

    Неизвестный автор (1000+)

    Лишь тот, кто идёт своей дорогой, никогда и никем не будет обогнан.

    Неизвестный автор (1000+)

    Сильный — не тот, кто одержал верх над слабым, а тот, кто придет слабому на помощь.

    Неизвестный автор (1000+)

    Даже самому сильному человеку иногда нужен тот, кто обнимет и скажет: » Всё будет хорошо! «

    Неизвестный автор (1000+)

    Настоящий друг – это тот, кто будет держать тебя за руку и чувствовать твоё сердце.

    Габриэль Гарсиа Маркес (50+)

    А счастлив тот, кто на рассвете
    Сумел однажды осознать,
    Что жив! Здоров! Что солнце светит!
    И будет новый день опять!

    Неизвестный автор (1000+)

    Каждый мерит меркою своей,
    И не будет правила иного,
    Тот, кто носит свет в душе своей,
    Тот не ищет тьмы в душе другого.

    Алибеков Рашид (20+)

    На самом деле, победителем оказывается не тот, кто прав, а тот, кто достойно прошел все испытания и трудности.

    Стальной алхимик: Братство (9)

    Люди дарят цветы, потому что в цветах заложен настоящий смысл Любви. Тот, кто попытается овладеть цветком, увидит, как увядает его красота. Но тот, кто будет просто смотреть на цветок в своем поле, всегда будет с ним.

    Брида (Пауло Коэльо) (40+)

    Так казнили главных нацистских преступников | История | DW

    30 сентября и 1 октября 1946 года на Нюрнбергском процессе были оглашены приговоры главным нацистским преступникам. Двенадцать из них (Мартин Борман заочно) были приговорены к смертной казни через повешение. Смертные приговоры привели в исполнение в ночь на 16 октября. За три часа до казни Герман Геринг (Hermann Göring) покончил жизнь самоубийством, приняв цианистый калий. Кто именно пронес в строго охраняемую тюрьму капсулу с ядом, точно не известно до сих пор. Остальные были казнены в переоборудованном спортзале Нюрнбергской тюрьмы. Первым — бывший министр иностранных дел «третьего рейха» Йоахим фон Риббентроп (Joachim von Ribbentrop).

    Иоахим фон Риббентроп в своей камере во время процесса. 1945 год

    Около часа ночи 16 октября отворилась дверь в его камеру. Начальник тюрьмы, американский полковник Эндрюс зачитал еще раз приговор. Риббентропу черной веревкой связали за спиной руки. Два солдата военной полиции поднялись вместе с ним по лестнице в 13 ступенек на эшафот. Риббентропа поставили на закрытую крышку люка и связали ему ноги. Его спросили, не хочет ли он что-то сказать. После высокопарной тирады Риббентропа о спасении своей души и мире во всем мире старший сержант Джон Вудс накинул преступнику на голову черный колпак и затянул на шее веревку. Палач привел в действие механизм, и створки люка открылись.

    Смерть нацистов была мучительной

    Штатный палач американской армии техасец Джон Вудс до этого привел в исполнение около трехсот смертных приговоров. Несмотря на это, казнь главных нацистских преступников он организовал плохо. Люки оказались слишком узкими, и многие из приговоренных, падая в них с веревкой на шее, ударялись о края люка. На сделанных после казни фотоснимках видно, например, что голова бывшего командующего вермахта, генерал-фельдмаршала Кейтеля (Wilhelm Keitel) залита кровью.

    Старший сержант Джон Вудс готовит веревку для казни

    Кроме того, длина веревки и глубина люка были рассчитаны плохо, и приговоренные умирали не мгновенно, от перелома шейных позвонков, а от удушья. Риббентроп, например, мучился 15 минут, пока наступила смерть. Правда, собравшиеся, общим числом 40 человек, среди которых было восемь журналистов (по двое от СССР, США, Франции и Великобритании), этих предсмертных мук не видели: помост закрывали деревянные щиты и темный брезент.

    Из-за того, что казнь затянулась, а решено было казнить всех главных нацистских преступников в эту ночь, палач и его помощники стали торопиться. С одной виселицы еще снимали труп казненного, а к другой на эшафот уже вели следующего. После казни последнего в зал внесли тело Геринга и поставили носилки с ним под виселицей. Это был символический акт.

    Трупы Геринга и других сфотографировали, в одежде и раздетыми, потом завернули в простыни и положили в гробы. Гробы опечатали. Утром их на грузовиках в сопровождении вооруженной охраны привезли в Мюнхен — в крематорий на окраине города.

    Прах нацистов развеяли по ветру

    В крематории не знали, кого именно будут сжигать: его работникам сказали, что это — погибшие американские солдаты. Здание оцепили. Каждый гроб перед кремацией открывали, чтобы убедиться в том, что труп не подменили. После кремации, которая продолжалась несколько часов, собрали пепел в ящик, который погрузили в автомобиль и увезли. Через два дня, ночью, пепел высыпали с моста в реку Изар в Мюнхене. Это также проходило в обстановке секретности. Так что места, где «вечно вчерашние» могли бы поклониться праху главных нацистов, нет.

    Последние казни в 1951 году

    Последних нацистских преступников, приговоренных к смерти на Последующих Нюрнбергских процессах (1946-1949), казнили в Ландсбергской тюрьме в Баварии 7 июня 1951 года. Всего в этот день было приведено в исполнение семь приговоров. Среди повешенных были бывший генерал войск СС Освальд Поль (Oswald Pohl), лично руководивший разрушением Варшавского гетто, а также Георг Шаллермайр (Georg Schallermair) — бывший комендант филиала концентрационного лагеря Дахау в Мюльдорфе.

    Смотрите также:

    • Как судили главных нацистских преступников

      За что судили в Нюрнберге

      Суд над главными нацистскими преступниками начался в Нюрнберге 20 ноября 1945 года. Подсудимых обвиняли по четырем пунктам: заговор с целью совершения преступлениий против мира, развязывание захватнической войны, преступления против человечности и военные преступления. Судебный процесс длился почти год. Были заслушаны показания 280 свидетелей. Протоколы и доказательства составили 40 томов.

    • Как судили главных нацистских преступников

      На скамье подсудимых

      В Нюрнберге судили 24 человека, представлявших элиту «третьего рейха». Погибшего или скрывшегося Мартина Бормана, секретаря Гитлера, судили заочно. А на скамье подсудимых оказались, среди прочих, второй человек в нацистской Германии Герман Геринг (слева), заместитель «фюрера» по НСДАП Рудольф Гесс (в центре), министр иностранных дел «третьего рейха» Йоахим фон Риббентроп (справа).

    • Как судили главных нацистских преступников

      Город партийных съездов

      Нюрнберг не случайно был выбран для процесса над нацистскими преступниками. В этом городе проходили партийные съезды НСДАП во времена «третьего рейха». Здесь Гитлер устраивал грандиозные пропагандистские шоу, в которых участвовали тысячи человек. Символическое значение Нюрнберга позволило западным союзникам уговорить советскую сторону устроить процесс на подконтрольной американцам территории.

    • Как судили главных нацистских преступников

      Дворец правосудия под охраной

      Нюрнберг лежал в развалинах, но Дворец правосудия чудом сохранился. Была повреждена часть крыши, выбиты стекла, но все это быстро отремонтировали. В огромном здании можно было разместить всех сотрудников Международного трибунала — около тысячи человек. Важно было и то, что Дворец правосудия был соединен с тюрьмой, где содержались обвиняемые, подземным переходом. Здание очень серьезно охраняли.

    • Как судили главных нацистских преступников

      Советские судьи трибунала

      В состав Международного трибунала входило восемь судей — по два от СССР, США, Великобритании и Франции. СССР в трибунале представляли генерал-майор юстиции Иона Никитченко (в центре), участвовавший в нескольких судебных процессах над «врагами народа» во второй половине 1930-х годов, и его заместитель, подполковник Александр Волчков. Они были единственными, кто сидел в военной форме.

    • Как судили главных нацистских преступников

      Главный американский обвинитель

      Главным обвинителем от США на Нюрнбегском процессе над главными нацистскими преступниками был Роберт Джексон — генеральный прокурор, позже — член Верховного суда Соединенных Штатов. После Нюрнберга он прославился тем, что в 1954 году сыграл ведущую роль в судебном процессе, в результате которого в США отменили расовую сегрегацию в школах.

    • Как судили главных нацистских преступников

      Люди и организации

      В Нюрнберге судили не только национал-социалистических лидеров — таких, как Геринг, — но и преступные организации «третьего рейха «: СС, СА, СД и гестапо, руководящий состав НСДАП, Имперский кабинет министров, генеральный штаб и Верховное командование вермахта. СА, кабинет министров, генштаб и командование вермахта по формально-правовым причинам преступными организациями признаны не были.

    • Как судили главных нацистских преступников

      Смертные приговоры

      12 подсудимых были приговорены в Нюрнберге к смертной казни через повешение (Борман — заочно). Герман Геринг покончил жизнь самоубийством за полтора часа до казни, которой руководил сержант американской армии Джон Вудз (на снимке) с двумя помощниками. Первым повесили Риббентропа.

    • Как судили главных нацистских преступников

      Последующие Нюрнбергские процессы

      Процесс над главными нацистскими преступниками был первым из 13 Нюрнбергских процессов. Позже проходили суды над нацистскими судьями, врачами концлагерей, айнзацгруппами, промышленниками «третьего рейха» (на снимке; слева — Альфред Крупп) и другими. Всего на них судили 185 обвиняемых, из которых 24 были приговорены к смертной казни, еще 20 — к пожизненному заключению.

    • Как судили главных нацистских преступников

      Мемориальный музей

      Так выглядит сегодня зал № 600 во Дворце правосудия в Нюрнберге, где проходил судебный процесс над главными нацистскими преступниками. Сейчас во Дворце правосудия открыт мемориальный музей истории Нюрнбергского процесса, частью которого является этот зал заседаний.

      Автор: Ефим Шуман


    Наука, Образование : История : Глава 30 Тюрьма : Франц Фон Папен : читать онлайн : читать бесплатно

    Глава 30

    Тюрьма

    Существование за решеткой. – Следствие. – Священники и психиатры. – Выбор защитника. – Условия существования в тюрьме. – Шахт и фотограф. – Заметки о моих соответчиках


    Окруженный с двух сторон вооруженными охранниками, я вошел в здание из тех, в которых мне до того ни разу не довелось побывать. Его назначение было слишком очевидно. По обе стороны длинного коридора высотой в три этажа располагались бесконечные ряды зарешеченных камер, соединенных узкими мостками. На тот случай, если кто-нибудь решится покончить с собой, прыгнув с верхних мостков вниз, все они были со стороны коридора забраны проволочными сетками. Воздух был влажный и холодный как лед, а все здание пропахло запахом долгого запустения. Lascia ogni speranza![196] Попасть в ад, каким его описывал Данте, было бы для меня, вероятно, менее ужасно, чем оказаться за решеткой после долгой, наполненной трудами жизни, посвященной – в меру отпущенных мне способностей – служению Господу и своей стране.

    Полковник Эндрюс самолично проводил меня в камеру № 47. Дверь захлопнулась, и я остался наедине со своими мыслями.

    Тюрьма была скверно оборудована. В расположенном высоко в стене окне камеры стекло заменяли толстые железные прутья, а осветительная арматура на потолке была демонтирована. В одном углу находилась убирающаяся деревянная кровать с серым одеялом. Вся остальная обстановка состояла из маленького столика и табуретки. Окошко в двери камеры, через которое подавали еду, не закрывалось, чтобы стражники имели возможность постоянно за нами наблюдать. Это приводило к бесконечным сквознякам, но раньше, чем на улице похолодало, за окном установили проволочную сетку. Нам объяснили, что получаемая нами пища, которая была совершенно недостаточна, составляет обычный рацион всех жителей Германии. Не имея освещения, мы были вынуждены ложиться спать в сумерках, и я, по мере того как дни становились короче, часто проводил долгие часы, сидя в темноте на краю кровати, не имея возможности даже читать.

    Самое худшее заключалось в неизвестности, почему нас держат в тюрьме и в чем обвиняют. Вдобавок я очень сильно переживал за возможную судьбу двух своих дочерей, которые служили сестрами милосердия на русском фронте. С самого Рождества 1944 года о них не было никаких известий, а я с момента ареста не получил ни одного письма. Мне оставалось молиться и надеяться на то, что им удалось пережить всеобщее крушение и добраться до дома. Только в сентябре я узнал от служившего в американской армии католического капеллана, что мои жена и дочери приехали в Нюрнберг, и смог вздохнуть спокойно.

    В конце августа, возвращаясь в камеру после еженедельного посещения находившейся в подвале душевой, я, к собственному великому изумлению, столкнулся лицом к лицу с адмиралом Хорти. Поговорить мы не смогли, однако я был очень сильно удивлен тем, что он находится в тюрьме. Выглядел он скверно, но по-прежнему держался с большим достоинством, пренебрегая ехидными замечаниями охранников.

    Детальное расследование началось в первых числах сентября. Мистер Додд, мой американский дознаватель, был вежлив, корректен, даже любезен. Я попытался описать ему этапы своей политической карьеры. После того как я изложил ему свою версию событий, закончившихся назначением Гитлера на пост канцлера, мистер Додд прервал меня: «А вы, немедленно после февраля 1933 года, организовали народные трибуналы, которые превратили всю юридическую систему Германии в фарс». – «В этом вы ошибаетесь, – возразил я. – В то время, когда я был канцлером и вице– канцлером, никаких народных трибуналов не существовало. Они были созданы значительно позднее». Выяснилось, что мистер Додд имел в виду чрезвычайный декрет, подписанный президентом после пожара Рейхстага. Он позволял создавать особые суды, состоящие из трех судей, и не имел никакого отношения к народным трибуналам Гитлера, в которых судьями были не профессиональные юристы, а сторонние граждане.

    В ходе наших бесед выяснилось, что мистер Додд имеет весьма поверхностное представление о тогдашних событиях и процессах, происходивших внутри Германии. Говоря о путче Рема, он заметил, что совершенно не способен понять, как я мог согласиться занять какой бы то ни было новый пост на службе у правительства, при котором со мной обошлись подобным образом. Я попробовал объяснить ему сложившееся в то время положение и то, что я согласился со своим назначением в Вену после убийства Дольфуса только для того, чтобы постараться предотвратить общеевропейский конфликт. Мистер Додд отказался принять этот аргумент и настаивал на том, что я всецело отдал себя в распоряжение Гитлера. Наш разговор обострился, и я довольно резко заявил ему: «Мне очень жаль, что вы не способны понять ситуацию, в которой долг перед своей страной оказывается важнее личных интересов». Тогда мистер Додд проявил себя с самой лучшей стороны. Он сказал, что вовсе не хочет поставить мне в вину какие-либо недостойные намерения. Впоследствии мы начали понимать друг друга значительно лучше, хотя мне по-прежнему не удавалось выяснить, в чем же меня обвиняют. После суда он выразил свое согласие с моим оправданием присылкой ящика гаванских сигар. Я до сих пор сохранил о нем самые теплые воспоминания.

    Общение с мистером Доддом и двумя замечательными католическими капелланами, отцом Флинном и заменившим его отцом Сикстусом О’Коннором, послужило для меня в этот тяжелый период большим утешением. Куда менее приятными были посещения джентльменов, именовавших себя психиатрами. По всей видимости, в их обязанности входило определение нашей вменяемости, хотя, как мне кажется, лишь немногие из них могли похвастаться наличием подлинной научной квалификации. Обладай они соответствующей подготовкой, люди, подобные Герингу и Риббентропу, представляли бы для них интереснейший объект для исследования. Вместо этого нам предлагалось проходить тесты интеллектуального развития и решать глупейшие задачи наподобие объяснения того, что нам видится в бессмысленных чернильных кляксах. Последнее было выше моего понимания, и я попросил избавить меня от этого испытания. Я сказал одному из опрашивавших меня, что в случае, если он желает убедиться в моем душевном здоровье, я готов отвечать на любые вопросы из области истории, географии, политики или экономики, но он, как видно, был значительно хуже подготовлен для ведения подобных бесед. В этих исследованиях был и один светлый момент, именно – когда результаты наших тестов были суммированы и оглашены. Первое место в «классе» занял доктор Шахт – результат, которому никто не удивился. Шпеер, насколько помню, стал вторым, а я – третьим, несмотря на свое упрямство по поводу картинок с кляксами. Штрейхер оказался на последнем месте, которое, впрочем, мог бы занять почти любой из остальных гаулейтеров.

    Чтобы как-то отмечать течение времени, я начертил на стене своей камеры календарь. Двери тюрьмы закрылись за мной 12 августа. Мой первый допрос был проведен 3 сентября, второй – 19-го. Только 19 октября я получил копию обвинительного заключения. Тогда я узнал, что начало слушания моего дела назначено на 20 ноября, и с облегчением заметил, что против меня не выдвинуто обвинений в военных преступлениях или преступлениях против человечности. Меня обвинили в заговоре с целью развязывания войны. Ничего не зная об особенностях новых правил судопроизводства, которые должны были применяться на процессе, я вообразил, что будет очень легко доказать свою полную невиновность, учитывая то упорное сопротивление, которое я оказывал объявлению войны. Более того, я все еще думал, что каждого из нас будут судить по отдельности, и написал жене радостное письмо, в котором обещал к концу ноября оказаться рядом с ней на свободе, поскольку слушание дела, по моему мнению, не может занять больше двух или трех дней. Иллюзии мои должны были вскоре развеяться, но сам этот факт дает некоторое представление о строгости нашего одиночного заключения, из-за чего никто даже не намекнул мне о намерении наших судей устроить для двадцати одного «военного преступника» коллективный процесс. Мы не имели никаких оснований предполагать, что он продлится почти целый год и будет иметь своей целью возложение ответственности на весь германский народ.

    Вместе с обвинительным заключением каждому из нас был вручен список германских адвокатов, из которых мы могли по желанию выбрать себе персонального защитника. Единственный известный мне человек, оказавшийся в этом списке, был доктор Дикс. Когда я поинтересовался, сможет ли он быть моим защитником, мне ответили, что он уже обещал это доктору Шахту. В связи с этим я написал Шахту письмо, спрашивая, не согласится ли доктор Дикс защищать нас обоих или не сможет ли он порекомендовать мне в качестве защитника кого-либо из других адвокатов. Письма этого Шахт так никогда и не получил. В результате к 10 ноября я все еще не имел защитника, но тут на помощь мне пришел случай. Мой старый друг граф Шаффгоч услышал о знаменитом адвокате из Бреслау докторе Кубушеке, который был согласен заняться моим делом. Выбор оказался поистине счастливым.. Нисколько не желая умалить заслуги Кубушека, я должен все же соблюсти справедливость и сказать, что без помощи, оказанной ему моим сыном, решение, вынесенное по моему делу, могло бы быть совсем иным.


    Я намереваюсь посвятить следующую главу детальному рассмотрению юридических и правовых аспектов процесса как в той части, которая касалась меня самого, так и в историческом и политическом контексте. Возможно, однако, что читателей заинтересует и рассказ о том, как мои соответчики и я сам на протяжении следующих одиннадцати месяцев переносили напряжение, связанное с судебными перипетиями.

    Артур Кестлер в своем романе «Darkness at Noon»[197] изобразил яркую картину методов, применявшихся для получения признательных показаний от обвиняемых на советских массовых процессах. На суде в Нюрнберге прокуроры располагали для подкрепления обвинения тысячами документов и никого из нас не заставляли подписывать признания, но режим в тюрьме, где нас содержали, имел много общего с описанным Кестлером. Была создана система, постепенно снижавшая нашу способность к сопротивлению, с бьющим в лицо светом, не дававшим спать по ночам. К моменту окончания процесса я хотя и сохранил способность мыслить, но физически превратился в развалину.

    Под предлогом предотвращения попыток самоубийства около каждой камеры было установлено по охраннику, которых сменяли каждые два часа. От них требовалось постоянно наблюдать за нами через дверное окошко. Освещение в коридорах и переходах было ослепительно яркое, а перед каждой дверью установлен рефлектор, бросавший свет на заключенного. По прихоти охранника он мог быть направлен или прямо в лицо, или слегка в сторону. Мы должны были спать только на правом боку, чтобы наши лица всегда были на виду. Если я в те редкие моменты, когда удавалось заснуть, поворачивался на другую сторону, охранник протягивал руку через окошко, тряс меня за плечо и орал: «Повернись! Мне тебя не видно!»

    Едва ли удивительно, что спать по-настоящему нам не удавалось и по утрам мы просыпались от боли в затекших конечностях. Охранники всякий раз сменялись с громким топотом, который стократно усиливался эхом в пустых коридорах тюремного здания. До того как были установлены рефлекторы, ночные надзиратели снабжались сильными электрическими фонарями, которыми светили нам в лица. Когда я однажды утром пожаловался дежурному офицеру, что охранник включал свой фонарь, направив его мне прямо в глаза, 127 раз в течение получаса, он только пожал плечами и сказал: «Он выполняет свой долг». Если бы я благодаря активной жизни на вольном воздухе до заключения не находился в хорошей физической форме, то, как мне кажется, не выдержал бы.

    Нам было запрещено всякое общение с охранниками, но многие из них не могли удержаться, в особенности те, кто жаждал получить автограф. Я всегда отказывал им, говоря: «Вы сможете получить сколько угодно моих подписей в тот день, когда меня оправдают». Такой ответ их всегда сильно раздражал. «Все, кроме вас, уже дали нам автографы, – возмущались они, – а вас должны вздернуть в первую очередь». – «Ну что ж, в таком случае вам не повезет, – обыкновенно отвечал я, – потому что тогда вы от меня ничего не получите». Часто они мстили мне, излишне грохоча по ночам.

    Нам не полагались газеты, и было запрещено получать с воли любые посылки. Когда я попросил, чтобы моей жене разрешили прислать мне небольшое полотенце, которым я хотел накрывать свое меховое пальто, заменявшее мне подушку, то получил отказ. На Рождество военнопленные, работавшие на кухне, сэкономили немного еды, чтобы на праздник накормить нас поосновательнее, чем в обычный обед, однако им запретили выдать нам что– либо сверх привычного пайка.

    Иногда происходили вещи, которые, в наших обстоятельствах, немного скрашивали жизнь. Во время завтрака мы обычно сидели по четыре человека в комнате, каждый за отдельным столом, по одному у каждой стены. Как правило, я ел вместе с Нейратом, Дёницем и Шахтом. Однажды в комнату вошел какой-то американский фотограф и установил свой штатив как раз напротив меня в то время, как я из оловянной миски ел суп. Такое поведение меня сильно разозлило. Я заявил ему, что он ведет себя бесцеремонно, и повернулся спиной. Тогда фотограф обратился к Шахту, который, разозлясь еще больше моего, взял со стола свой кофе и выплеснул ему в лицо. Этот тип заорал и стал звать охрану. За оскорбление американского мундира Шахт на четыре недели был лишен прогулок на воздухе и на тот же срок оставлен без кофе. Этот инцидент чрезвычайно сильно нас развеселил, что дает некоторое представление о состоянии, в котором мы тогда пребывали.

    Наши защитники несколько раз за время процесса вносили в суд протесты по поводу условий, в которых мы содержались. Эти протесты почти ни к чему не приводили, поскольку сама тюрьма находилась вне юрисдикции суда, а полностью контролировалась местным командованием армии Соединенных Штатов. Полковник Эндрюс подчинялся не генеральному секретарю трибунала, а американскому генералу, командовавшему районом Нюрнберга.

    Большая часть мер безопасности была придумана, чтобы исключить попытки самоубийства. Перед процессом правила были значительно ужесточены после того, как двоим заключенным, руководителю нацистской медицинской ассоциации доктору Конти и доктору Лею, бывшему главе Arbeitsfront[198], удалось покончить с собой. Доктор Лей, которому предстояло фигурировать на процессе в качестве одного из главных военных преступников, повесился в своей камере на полотенце, привязанном к рычагу сливного бачка ватерклозета. Унитаз находился в небольшой нише в ближайшем от двери правом углу камеры и потому был скрыт от непосредственного наблюдения охранника, который мог видеть только ноги арестанта. После окончания основного процесса сумел покончить с собой генерал Бласковиц, который выпрыгнул с третьего этажа тюремного корпуса.

    После самоубийства Геринга было проведено расследование с целью выяснения того, каким образом он раздобыл в тюрьме яд. Были тщательно допрошены его жена, его адвокат и германские работники кухни – все безрезультатно. Но существовали и другие возможности. Я могу, основываясь на собственном опыте, рассказать о двух случаях, когда американские охранники сами предлагали снабдить меня средствами для совершения самоубийства, чтобы избежать, как они выражались, верной петли. Первый предлагал мне некие таблетки, по его утверждению – ядовитые, хотя и не такие, как те капсулы с цианидом, которыми воспользовался Геринг. Во втором случае другой охранник предложил мне складной нож, сказав, что им можно перерезать себе вены на запястьях. Я отклонил оба предложения и сообщил своим заботливым опекунам, что не рассчитываю на смертный приговор. Однако второй из них оказался настолько навязчивым, что мне, чтобы от него избавиться, пришлось вызвать офицера охраны.

    Когда начался процесс, нам стали по утрам выдавать приличные костюмы, в которых мы могли бы появиться перед судом, а также галстуки и шнурки для ботинок. Все это мы должны были возвращать назад по окончании каждого заседания. Мои товарищи по несчастью давали любопытный материал для исследования по психологии. Мы сидели рядом на скамье подсудимых почти целый год и могли, в известных пределах, переговариваться с соседями или передавать друг другу записки.

    Справа от меня сидел Йодль, с которым у меня было мало общего. Выдвинутое против него обвинение носило чисто военный характер. Говорил он логично и отрывисто, держался по-военному сдержанно и ожидал решения своей судьбы со спокойной покорностью.

    Иначе дело обстояло с Зейс-Инквартом, который сидел слева. Нас объединяли австрийские события. Несмотря на то что я лично рекомендовал его Гитлеру на роль посредника между двумя правительствами, после аншлюса я его избегал, поскольку считал, что он «сдал» Австрию сначала Гитлеру, а потом гаулейтеру Бюрккелю и нацистским радикалам. Теперь я впервые услышал подробности его истории и был вынужден смягчить свою оценку. Он вел себя правильно, но пошел на слишком большие уступки экстремистам. Я заявил суду, что некоторые мои прежние высказывания по поводу его поведения основывались на ложных предпосылках. Мы обсуждали с ним нашу общую линию защиты по той части обвинительного заключения, которая касалась Австрии, и я попросил, чтобы его заслушали раньше меня. Он был по своей природе типичным австрийцем, веселым и открытым, часто рассказывал венские анекдоты и очень рассчитывал на свое оправдание. Он только недавно узнал, что Гитлер назвал его в своем завещании следующим министром иностранных дел, и был этим очень расстроен.

    Впереди меня сидел Франк. Мне кажется, что между 1933-м и 1945 годами я не обменялся с ним и десятком слов. Он имел репутацию экстремиста и «прославился» своим поведением в Польше. Он всегда вызывал у меня антипатию, однако, приближаясь к своему концу, он проявил больше достоинства, чем за всю предыдущую жизнь. Католический капеллан отец О’Коннор рассказал мне, что Франк с самого начала был убежден, что его судьба решена, что он ее заслужил и защищать его излишне. Он проводил целые дни в раздумьях, обратившись к католической вере и готовя себя к встрече со своим Создателем. Франк обычно присутствовал на мессе вместе со мной, Зейс-Инквартом, и Кальтенбруннером, и я несколько раз с ним беседовал. Он говорил мне, что не в состоянии понять, каким образом он мог настолько подпасть под влияние Гитлера и с готовностью стать орудием преступной кампании преследования евреев. Опираясь на свою вновь обретенную веру, он больше года без дрожи смотрел в глаза смерти, и можно только восхищаться той новой силой духа, которую дала ему религия. Его поведение представляло разительный контраст с тем, как держали себя многие из его собратьев по заключению.

    Риббентроп занимал место в переднем ряду. Мне говорили, что все свое свободное время он тратил на сочинение длинных оправдательных писем, не забывая при этом поливать своего защитника потоком обвинений в полнейшей некомпетентности. Когда начался его перекрестный допрос, он даже не старался хотя бы умеренно оправдывать действия Гитлера, несмотря на то что свыше одиннадцати лет был его самым рьяным сторонником. Он разоблачил себя перед всем миром таким, каким некоторые из нас уже знали его, – пустой скорлупой от ореха, фасадом, скрывающим отсутствие ума. Все обвиняемые подчинялись неписаному закону – выступая в собственную защиту, не компрометировать никого другого. В этом отношении избег критики даже Риббентроп.

    Люди, подобные Розенбергу и Штрейхеру, меня не интересовали вовсе. Первый проводил время, делая карандашные зарисовки свидетелей. Эти рисунки казались столь же бессодержательными, как и его «Миф»[199]. Штрейхер часто посреди ночи громко кричал и вопил. Мне неизвестно, происходило ли это от грубого обращения с ним, или же он страдал припадками бешенства. Люди, проходившие с ним по одному обвинению, общались с ним мало.

    Среди руководителей вооруженных сил наибольшую симпатию у меня вызывали Редер и Дёниц. Кейтель всегда был кабинетным генералом, но эти двое вели себя с профессиональной гордостью. Они вели свою защиту обдуманно и с достоинством, причем Дёниц часто сам переходил в наступление. Я находил их поведение безупречным.

    Нейрат был, как всегда, спокойным и собранным. Его швабский темперамент не позволял ему приходить в расстройство. К несчастью, защита его велась посредственно, а сам он был лишен дара ясно выражать мысли, который мог бы уравновесить чаши весов. Шпеер и Бальдур фон Ширах были самыми молодыми из обвиняемых. Можно было подумать, что Ширах резко изменил свое мнение по поводу идеалов, которые он внедрял в сознание молодого поколения последователей Гитлера. Однажды он сказал мне, что сожалеет о применении принципов, которые находились в таком противоречии с христианским учением. Шпеер был полон надежд на будущее. Он ожидал, что его присудят к тюремному заключению, и думал, что в таком случае американцы обратятся к нему за помощью в развитии Аляски, на которую он смотрел как на территорию, имеющую великое будущее, в особенности если принять во внимание ее положение между двумя континентами.

    Министр внутренних дел Гитлера Фрик показывал даже в этой обстановке борьбы за существование, что он являлся всего лишь мелким чиновником. Он не привык принимать самостоятельные решения, никогда не пытался оказывать влияние на Гитлера. Среди нас он оказался единственным, кто отказался выступить свидетелем в собственную защиту – тогда ему пришлось бы отвечать на некоторые неудобные вопросы, – лишив себя тем самым последней реальной попытки оправдать свои действия и получив высшую меру наказания.

    Никто из нас не мог бы с определенностью утверждать, в своем уме находился Гесс или же нет. По моему мнению, он был вменяем, когда летел в Англию, и вполне мог с помощью этого шага пытаться загладить свои прежние грехи, предупредив британцев о том, что нападение Гитлера на Россию должно неминуемо привести Европу к гибели. Между прочим, для меня по-прежнему остается загадкой, почему в мемуарах мистера Черчилля нет указания на то, что это предупреждение было передано президенту Рузвельту. Поведение Гесса как на суде, так и в тюрьме не было поведением нормального человека. На скамье подсудимых он казался совершенно отрешенным от всего происходящего вокруг и читал баварские романы Гангофера[200]. Он отказывался от всякого общения со своим адвокатом, который настоял на проведении медицинского освидетельствования своего подзащитного на предмет установления его способности отвечать за свои действия. Медицинская комиссия не смогла прийти к определенному мнению, но в тот момент, когда суд готовился вынести решение по этому вопросу, Гесс встал и заявил, что вполне нормален и прежде просто симулировал сумасшествие, а теперь желает, чтобы его судили так же, как и всех остальных обвиняемых. Его вмешательство произвело некоторую сенсацию, но потом он опять впал в свое прежнее состояние полной отрешенности от всего происходящего. Лично я убежден, что Гесс был не в своем уме, хотя, возможно, у него случались моменты просветления.

    В конце ряда сидел Шахт. Его никогда не покидали чувство юмора и оптимизм. Он не изменился ни на йоту и выглядел в точности таким, каким я всегда видел его: чрезвычайно умным, саркастичным и исполненным едкой иронии, когда дело доходило до необходимости в чем-то поправить утверждения обвинителей. Шахт оставался все тем же эгоистом, каким был всегда. Своим основным свидетелем защиты он выбрал герра Гизевиуса, который, прежде чем перешел к Канарису в абвер, был чиновником гестапо, а потом еще работал в разведке Соединенных Штатов и изображал из себя par excellence[201] человека сопротивления. Этот персонаж, однако, всячески пытаясь подчеркнуть противодействие Шахта нацистскому режиму, не преминул предположить, что остальные двадцать обвиняемых заслуживают повешения.

    После смерти Геббельса министерство пропаганды было представлено Гансом Фриче. В некотором смысле это было обидно.

    Диалектический талант сатанински одаренного маленького доктора стал бы для трибунала крепким орешком. Подчиненные Геббельса не могли служить ему достойной заменой. Тем не менее Фриче искусно защищался, настаивая, что являлся всего лишь «голосом хозяина», даже если сам придерживался иного мнения.

    Мне остается рассказать о Геринге. Он, по всей вероятности, являлся на процессе самой заметной фигурой. Главное действующее лицо, Гитлер, покончил с собой. Так же поступили его основные сподвижники Геббельс и Гиммлер. Те, кто теперь отвечал за их действия, за исключением Геринга, не были особами первого ранга. Он абсолютно превосходил классом этих dei minores[202] и был единственным, у кого хватило мужества отстаивать то, что он совершил и что пытался совершить. «Ни слова против Гитлера», – сказал он нам однажды, когда внимание охранников было чем-то отвлечено. Он, кажется, полагал, что лояльность режиму следует блюсти даже в стенах тюрьмы, или, возможно, гордость мешала ему признать перед врагами то, что внутренне он уже осознал. Так или иначе, но тот факт, что он оказался единственным, кто по– настоящему пытался защищать свои убеждения, делает ему честь.

    Соответчики Геринга не вняли его требованию не говорить плохо о Гитлере. По какой-то странной причине суд в этом отношении оказался более корректен. Одним из самых гротескных аспектов процесса стало то, что против Гитлера не было выдвинуто никаких обвинений ни в предварительном обвинительном заключении, ни в приговоре. Когда в ходе слушаний все более отчетливо проявлялось то, что Гитлер, который ни в коем случае не являлся декоративной фигурой, управляемой из-за кулис какими-то интриганами, сам был инициатором почти всех проводимых режимом мероприятий, суд практически не предпринял попыток зафиксировать это в протоколах. Именно он, несмотря на свою гибель, должен был стать главным обвиняемым на процессе. Тот факт, что не было сделано попытки привлечь к суду Гитлера, явился с психологической точки зрения одним из основных пороков процесса и еще неминуемо отзовется эхом в истории.

    В беседах, которые происходили у меня с Герингом в период между окончанием процесса и объявлением приговоров, я нашел его все тем же добродушным и раскованным человеком, каким я всегда знал его прежде. Совершенно не заботясь о своей неизбежной судьбе, он часто обсуждал с Нейратом, Кейтелем и со мной различные моменты прошлого. В какой-то период я старался выяснить, почему этот «кронпринц» Третьего рейха не вмешался, когда увидел, что политика Гитлера неминуемо приведет к войне и краху Германии. Теперь я сделал еще одну попытку, но заставить его говорить на эту тему по-прежнему было невозможно. «Я взял на себя всю ответственность за все, что произошло, – отвечал он. – Предотвратить войну я не мог, хотя и считал ее великой ошибкой. Вы или Нейрат, возможно, могли бы заключить мир, а Риббентроп на это не был способен. Он умел только сплетничать о том, что, по его мнению, лежало на уме у Гитлера». В последние годы войны, рассказал мне Геринг, он чувствовал, что Гитлер, вероятно, сошел с ума, но поделать с этим ничего не мог. Как личность Геринг был наделен многими достоинствами. Он был человек открытый, мужественный и очень обаятельный. Эти качества он сохранил до конца.

    Карл фон Осецкий: как журналист ответил за раскрытие военных секретов

    23 ноября 1931 года в Германии осудили левого либерала, пацифиста, издателя газеты Weltbühne и будущего нобелевского лауреата Карла фон Осецкого. Приговор — полтора года тюрьмы — был вынесен за «выдачу военной тайны». Интересно, что, согласно Версальским соглашениям, никаких «военных» тайн у проигравшей Первую мировую войну Германии быть не могло.

    Осецкий сел за чужую статью

    Статья (ее оригинальный немецкий текст доступен здесь), за которую осудили Осецкого, рассказывала о том, как Германия тайно создает военные самолеты. Ее автором был другой человек, однако, согласно канонам тогдашней, да и современной журналистики, ответственность за выход материала должен был понести главный редактор и издатель, который благодаря этому громкому делу стал одним из самых известных пацифистов.

    Осецкий был убежденным пацифистом еще в 20-е годы, задолго до выхода материала

    Осецкий еще до выхода злополучной статьи прославился принципиальностью и неподкупностью. В своих публикациях (почти все они собраны здесь) он последовательно выступал против милитаристских замашек Германии. Вилли Брандт, будущий канцлер ФРГ, в 1971 вспоминал в своей нобелевской речи: «Осецкий мужественно, при помощи печатного слова сражался с милитаризмом и национализмом. Еще в 1921 году он написал: „Многие нации воевали друг с другом, однако это привело лишь к кровопролитию и смерти невинных граждан Европы“. Эти слова оказались пророческими…»

    В статье, за которую Осецкому пришлось предстать перед судом, осуждались незаконные военные разработки и трата столь необходимых лежащей в руинах Германии денег на укрепление военной мощи, тогда как Версальский договор прямо запрещал это. В отместку в марте 1929 года, сразу же после выхода материала, поставленные в неудобное положение немецкие власти инициировали судебное разбирательство против издателя Weltbühne.

    Процесс по делу Осецкого сделали закрытым из-за возможности международного скандала

    Гособвинитель по делу Осецкого планировал потребовать от суда двухлетний срок для обвиняемого. В середине ноября 1931 года процессу дали старт. Однако суд столкнулся с серьезной проблемой: как классифицировать разглашение военной тайны, которой, согласно Версальскому договору (подробности здесь), у Германии просто не могло быть? Это грозило международным скандалом. Решение напрашивалось само собой: процесс сделали закрытым, а все его участники поклялись ни при каких обстоятельствах не предавать огласке его детали.

    Судебные эксперты: публикация Weltbühne — правда

    Тем не менее, история сохранила некоторые интересные детали судебного расследования. Показательно, что эксперты признали, что фактический материал, лежащий в основе публикации Weltbühne, — чистая правда. То есть, Германия признала, что под видом гражданской авиации разрабатывала и испытывала военные самолеты «в интересах немецкого народа и обороноспособности страны» (так сказано в судебных документах).

    Приговор Осецкому вызвал волну возмущения во всем мире

    23 ноября 1931 года, буквально через несколько дней после начала процесса, был оглашен приговор: Осецкого признали виновным в разглашении военной тайны, и назначили ему полтора года тюремного заключения. Сам Осецкий несколькими днями позже написал в одном из эссе: «Я иду в тюрьму не из-за того, что считаю себя виновным, а из-за того, что находясь там, я буду крайне неудобен немецким властям».

    Эти слова начали сбываться уже сразу же после суда. Вся интеллектуальная элита тогдашней Германии собралась, чтобы проводить Осецкого до ворот тюрьмы, где тот должен был отбывать заключение. Самые влиятельные литераторы, журналисты и публицисты выступили в поддержку Осецкого, подав властям прошение о помиловании. Зарубежная пресса тоже отреагировала на эти события, поместив информацию о приговоре на своих страницах.

    Амнистия и новые преследования

    Осецкому не суждено было отбыть весь срок заключения: он был амнистирован. Однако власти поставили условие: журналист не имел права проповедовать свои пацифистские взгляды на страницах немецких газет.

    После прихода к власти нацистов Осецкий и вовсе оказался persona non grata. В ночь, когда загорелся Рейхстаг, его арестовали и отправили в концлагерь, где подвергли пыткам.

    Присуждение Нобелевской премии мира

    Европейские интеллектуалы выступили в поддержку Осецкого и стали добиваться для него Нобелевской премии мира в надежде, что, если исход будет благоприятен, нацисты не решатся на преследование журналиста. Усилия увенчались успехом: в 1936 году Осецкий получил Нобелевскую премию (сообщение об этом на сайте Нобелевского комитета смотрите здесь).

    Под давлением общественности нацисты были вынуждены отпустить к этому моменту смертельно больного Осецкого из концлагеря и поместить в клинику, сохранив за ним негласное наблюдение. Сегодня известно, что такое решение было принято не сразу: поначалу власти Рейха пытались силой принудить Осецкого отказаться от Нобелевской премии.

    4 мая 1938 года Осецкий умер от туберкулеза, полученного в концлагерных застенках.

    История тюремного заключения — Музей преступности

    Первоначальная цель заключения человека в тюрьму заключалась не в том, чтобы наказать его, а в том, чтобы держать виновного в заключении под стражей до тех пор, пока фактическое наказание не может быть приведено в исполнение. Обычно это было в форме телесного наказания, которое должно было причинить виновному человеку боль, например, избиения кнутом, или смертной казни, в которой использовались различные методы для унесения жизней осужденных.

    Лондон известен как родина современных тюрем.Философ по имени Джереми Бентам был против смертной казни и, таким образом, создал концепцию тюрьмы, которая будет использоваться для содержания заключенных в качестве наказания. Бентам составил план учреждения, в котором заключенные будут оставаться в течение длительного периода времени. Его конструкция была предназначена для того, чтобы люди, которые были заперты, никогда не узнали, наблюдают ли за ними охранники или нет, что, по его мнению, позволит тюрьме сэкономить деньги. Поскольку заключенные не могут быть уверены, сколько охранников присутствует, рассуждал Бентам, для поддержания спокойствия потребуется нанять меньше офицеров.В конце концов, эту тюрьму так и не построили, но идея использования тюрьмы как формы длительного наказания все же прижилась.

    К XIX веку тюрьмы строились исключительно для содержания заключенных. Они были предназначены для удержания людей от совершения преступлений. Людей, признанных виновными в различных преступлениях, отправляли в эти пенитенциарные учреждения и лишали их личных свобод. Заключенных часто заставляли выполнять тяжелую работу, пока они находились в заключении, и жить в очень тяжелых условиях.Вскоре одной из целей тюремного заключения стала реабилитация заключенных. Многие люди считали, что страха оказаться взаперти будет достаточно, чтобы удержать заключенного от совершения еще одного преступления, но другие теории считали, что следует проводить политику, чтобы помочь исправлению заключенных до того, как они будут освобождены. Эта политика включает психологические обследования, образовательные программы и иногда даже гораздо более решительные меры, такие как электрошоковая терапия. Противоположная точка зрения на реабилитационные эффекты тюремного заключения утверждает, что заключение в тюрьму фактически заставит людей еще больше вовлечься в преступную жизнь, потому что они настолько окутаны преступным обществом, живя с другими заключенными.Несмотря на эти противоречивые мнения о реабилитации преступников, тюремное заключение продолжает оставаться одной из самых распространенных форм наказания во всем мире.

    Вернуться в библиотеку криминальных историй

    Подлинная история индустрии частных тюрем Америки

    До основания Corrections Corporation of America, частной тюремной корпорации с оборотом 1,8 миллиарда долларов, ныне известной как CoreCivic, Террелл Дон Хатто управлял хлопковой плантацией размером с Манхэттен. Там в основном чернокожих заключенных заставляли собирать хлопок от рассвета до заката бесплатно.Это был 1967 год, и песня Beatles «Все, что тебе нужно, это любовь» стала хитом, но мужчины в полях пели песни с такими словами: «Старый мастер, не хлестай меня, я дам тебе полдоллара». Семья Хатто жила на плантации, и у них даже был «слуга», неоплачиваемый заключенный, который обслуживал их.

    В то время большинство тюрем на Юге были плантациями. В некоторых штатах некоторым заключенным выдали пистолеты и даже кнуты и дали им право пытать тех, кто не соблюдал трудовые нормы. Хатто проделал такую ​​хорошую работу в Техасе, что Арканзас нанял его, чтобы он управлял всей их тюремной системой, полностью состоящей из плантаций, которыми он управлял с прибылью для государства.Его способность управлять тюрьмой, которая вкладывала деньги в государственную казну, позже привлекла внимание двух бизнесменов с новой идеей: основать корпорацию, которая будет управлять тюрьмами и продавать акции на фондовом рынке.

    Тюрьмы были приватизированы ранее. Луизиана впервые приватизировала свою тюрьму в 1844 году, всего через девять лет после ее открытия. Компания McHatton, Pratt и Ward управляла им как фабрикой, используя сокамерников для производства дешевой одежды для порабощенных людей.Один заключенный написал в своих мемуарах, что, как только тюрьма была приватизирована, его тюремщики «отложили все объекты реформирования и восстановили самую жестокую тиранию, чтобы выкупить доллар и центы человеческих страданий». Как и сегодняшние отчеты акционеров CoreCivic, ежегодные пенитенциарные отчеты Луизианы того времени не содержат информации о насилии в тюрьмах, реабилитационных мероприятиях или какой-либо информации о безопасности. Вместо этого они занимаются почти исключительно прибыльностью тюрьмы.

    Как и сегодня в частных тюрьмах, прибыль, а не реабилитация была руководящим принципом ранних пенитенциарных учреждений на Юге.«Если прибыль в несколько тысяч долларов может быть получена на труде двадцати рабов, — постулировал Telegraph и Техасский регистр в середине XIX века, — почему нельзя получить аналогичную прибыль на труде двадцати заключенных? ” Глава техасской тюрьмы предложил штату открыть пенитенциарное учреждение как инструмент южной индустриализации, позволяющий штату бороться с «разросшимися монополиями» Севера. Через пять лет после того, как в Техасе была открыта первая тюрьма, это была крупнейшая фабрика в штате.Он быстро стал основным южным поставщиком текстиля к западу от Миссисипи.

    Приватизация тюрем ускорилась после гражданской войны. Причина передачи пенитенциарных учреждений компаниям была аналогична оправданиям государства использования частных тюрем сегодня: количество заключенных стремительно растет, и они не могут позволить себе содержать свои пенитенциарные учреждения самостоятельно.13-я поправка отменила рабство «кроме как наказание за преступление», поэтому до начала 20-го века южные заключенные содержались на частных плантациях и в трудовых лагерях, управляемых компаниями, где они прокладывали железнодорожные пути, строили дамбы и добывали уголь. Бывшие рабовладельцы построили империи, которые были больше, чем у большинства рабовладельцев до войны. Натан Бедфорд Форрест, первый великий волшебник Ку-клукс-клана, какое-то время контролировал всех осужденных в Миссисипи. US Steel, первая в мире компания с оборотом в миллиард долларов, заставила тысячи заключенных быть рабами на своих угольных шахтах.Арендаторы шли на все, чтобы извлечь прибыль. В 1871 году арендатор из Теннесси Томас О’Коннер заставлял осужденных работать на шахтах и ​​дошел до того, что собирал их мочу для продажи местным кожевенным заводам. Когда они умирали от истощения или болезни, он продал их тела в Медицинскую школу в Нэшвилле, чтобы студенты могли попрактиковаться.

    Компании любили использовать осужденных отчасти потому, что, в отличие от свободных рабочих, ими можно было управлять с помощью пыток.Одной из распространенных форм наказания была «поливка», при которой заключенного привязывали ремнями, вставляли ему в рот воронку и заливали воду так, чтобы живот раздулся до такой степени, что давило на сердце, заставляя заключенного чувствовать что он умрет. Другим наказанием было «натягивание веревкой», когда мужчинам обматывали веревкой большие пальцы рук, перебрасывали через ветку дерева и затягивали до тех пор, пока мужчины не висели в подвешенном состоянии, иногда на несколько часов. Порка была обычным делом. Государственная инспекция Алабамы показала, что за две недели 1889 года 165 заключенных были подвергнуты порке.Арканзас не запрещал удары плетью до 1967 года.

    Арендаторы отдавали часть прибыли штатам, обеспечивая сохранение системы. Между 1880 и 1904 годами прибыль Алабамы от сдачи в аренду заключенных штата составляла 10 процентов бюджета штата. К 1886 году комиссар по труду США сообщил, что там, где практиковалась аренда, средний доход почти в четыре раза превышал затраты на содержание тюрем. Писатель Джордж Вашингтон Кейбл в своем анализе аренды заключенных в 1885 году писал, что система «проистекает в первую очередь из идеи, что владение личностью осужденного — это возможность для государства зарабатывать деньги; что сумма, которая должна быть получена, — это любая сумма, которую можно получить у него … и что, безотносительно к моральным или смертельным последствиям, пенитенциарное учреждение, годовой отчет которого показывает наибольший остаток по делу, выплаченный в государственную казну, является лучшим пенитенциарным учреждением.”

    Эта маниакальная погоня за прибылью позволила создать систему, которая была более смертоносной, чем рабство. Между 1870 и 1901 годами около трех тысяч осужденных из Луизианы, большинство из которых были черными, умерли по найму человека по имени Сэмюэл Лоуренс Джеймс. До Гражданской войны лишь у горстки плантаторов было более тысячи осужденных, и нет никаких записей о том, чтобы кто-то позволил умереть трем тысячам ценного человеческого имущества. Повсюду на юге ежегодный уровень смертности заключенных колеблется от 16 до 25 процентов — уровень смертности, который мог бы соперничать с грядущими советскими лагерями.У арендаторов просто не было стимула избегать работающих до смерти людей. В 1883 году один южанин сказал Национальной конференции благотворительности и исправительных учреждений: «До войны у нас были негры. Если бы у человека был хороший негр, он мог бы позволить себе ухаживать за ним: если бы он был болен, позовите врача … Но эти зэки: они нам не принадлежат. Один умрет, получите другого ».

    Государства стали завидовать прибылям частных компаний, поэтому в начале 20-го века они купили собственные плантации и в конечном итоге перестали сдавать их в аренду частным компаниям.Спустя десять лет после отмены аренды для осужденных, штат Миссисипи зарабатывал 600000 долларов (14,7 млн ​​долларов в долларах 2018 года) на тюремном труде. Именно в этом мире человек по имени Террелл Дон Хатто научился управлять тюрьмой как бизнесом.

    Исправительное учреждение округа Таллахатчи в Тутвилере, штат Миссисипи., 16 августа 2018 г.

    Rogelio V Solis — AP / Shutterstock

    Тюрьмы

    CoreCivic — далеко не такие жестокие трудовые лагеря, арендованные для осужденных, или государственные плантации начала 20 века, но они все равно идут на гротескные меры, чтобы заработать доллар. Я лично убедился в этом, когда в 2014 году работал под прикрытием в качестве тюремного надзирателя в тюрьме CoreCivic в Луизиане.Там я встретил мужчину, который потерял ноги из-за гангрены после того, как в течение нескольких месяцев просил о медицинской помощи. CoreCivic часто сопротивлялась отправке заключенных в больницу: их контракт требовал, чтобы внешние медицинские посещения финансировались компанией. Образовательные программы были сокращены в целях экономии. Чтобы снизить затраты, охранникам платили 9 долларов в час, и часто дежурили не более 24 человек, вооруженных только радиоприемниками, чтобы управлять тюрьмой, содержащей более 1500 заключенных. В результате тюрьма была невероятно жестокой.За четыре месяца 2015 года компания сообщила об обнаружении около 200 единиц оружия, что в 23 раза больше, чем в тюрьме строгого режима штата. Я знал одного заключенного, который покончил жизнь самоубийством после неоднократных голодовок с требованием психиатрической помощи в тюрьме с одним психологом, работающим неполный рабочий день. Когда он умер, он весил 71 фунт.

    Частные тюрьмы, согласно исследованию Министерства юстиции за 2016 год, постоянно более жестоки, чем их и без того мрачные общественные тюрьмы.Тем не менее, пока мы проходили обучение, чтобы стать охранниками, нас учили, что если мы увидим, как заключенные наносят друг другу удары, мы не должны вмешиваться. «Мы не собираемся платить вам так много», — сказал нам инструктор. Наша работа заключалась в том, чтобы просто выкрикивать слова «прекратите борьбу», таким образом защищая ответственность компании и избегая любого потенциально дорогостоящего ущерба для себя. В конце концов, наша работа заключалась в том, чтобы «приносить пользу нашим акционерам». «Если эти дураки хотят друг друга порезать», — сказал инструктор, — «что ж, счастливой резки».

    В мае 2017 года я купил одну акцию компании, чтобы присутствовать на их годовом собрании акционеров.Когда я сидел и наблюдал, как Террелл Дон Хатто и другие руководители компаний обсуждают, как цель их компании «служить общественному благу», я задавался вопросом, сколько раз такие встречи проводились за всю историю Америки. Сколько раз мужчины, будь то руководители частных тюрем или заключенные, собирались вместе, чтобы совершить этот ритуал? Они сидят в штаб-квартире компании или в законодательных офисах, вдали от своих тюрем или трудовых лагерей, и сочиняют истории, успокаивающие их совесть. Они с удивительной легкостью убеждают себя, что наказывают их потому, что они делают мир лучше, а не потому, что делают их богатыми.

    Адаптировано из АМЕРИКАНСКАЯ ТЮРЬМА: Тайное путешествие репортера в дело наказания Шейна Бауэра. Опубликовано по договоренности с Penguin Press, членом Penguin Random House, LLC. Авторские права © 2018 Шейн Бауэр.

    Получите наш исторический бюллетень.Поместите сегодняшние новости в контекст и посмотрите основные моменты из архивов.

    Спасибо!

    В целях вашей безопасности мы отправили письмо с подтверждением на указанный вами адрес. Щелкните ссылку, чтобы подтвердить подписку и начать получать наши информационные бюллетени.Если вы не получите подтверждение в течение 10 минут, проверьте папку со спамом.

    Свяжитесь с нами по [email protected]

    Реформа пенитенциарной системы Справочная информация

    Тематические области работы в области тюремной реформы и альтернатив тюремному заключению

    Техническая помощь УНП ООН в области тюремной реформы охватывает следующие тематические области:

    • предварительное заключение;
    • администрация тюрьмы;
    • альтернативных мер и санкций;
    • социальная реинтеграция.


    Сквозной темой, имеющей отношение ко всем вмешательствам, связанным с тюрьмами, является здравоохранение, включая, в частности, профилактику, ведение и лечение ВИЧ / СПИДа и наркозависимости. Читать подробнее ….

    Предварительное заключение

    Есть три основных вопроса, которые необходимо учитывать в контексте предварительного заключения: во-первых, досудебное заключение. содержание под стражей чрезмерно используется в большинстве стран мира и во многих развивающихся странах, чем количество заключенных, находящихся в предварительном заключении. больше, чем количество осужденных заключенных.Эта ситуация противоречит положениям международных стандартов, включая МПГПП, которые предусматривают ограниченное использование предварительного заключения только при наличии определенных условий. Во-вторых, предварительное заключение — это период, наиболее подверженный злоупотреблениям в процессе уголовного правосудия. Признание особой уязвимости в отношении лиц, содержащихся под стражей до суда, международные договоры по правам человека предусматривают большое количество очень конкретных гарантий для обеспечения чтобы права задержанных не нарушались, с ними не обращались плохо и не препятствовали их доступу к правосудию.В-третьих, хотя лица, содержащиеся под стражей до суда, должны считаться невиновными до тех пор, пока они не будут признаны виновными в суде, и обращаться с ними как таковые, условия в предварительном заключении зачастую намного хуже, чем в тюрьмах для осужденных. К тому же нехватка ресурсов для тюрем во многих странах с низким уровнем доходов означает, что заключенные не имеют доступа к юридическим консультациям и помощи, в результате они могут задержаться под стражей и / или не получить справедливого судебного разбирательства, что еще больше усугубит скопление тюрем.Таким образом, улучшение доступа к правосудию, поддержка программ юридической и параюридической помощи, улучшение управления информацией и сотрудничество между судами и тюрьмами, чтобы ускорить рассмотрение дел, а также помочь в разработке гарантий для лиц, содержащихся под стражей до суда, таких как независимые механизмы мониторинга и инспекции, включают важные элементы работы УНП ООН в области реформы пенитенциарной системы.

    Управление тюрьмы

    Для обеспечения справедливого и гуманного управления пенитенциарной системой национальное законодательство, политика и практика должны: руководствоваться международными стандартами, разработанными для защиты прав человека заключенных.Тюремные власти несут ответственность обеспечить, чтобы надзор за заключенными и обращение с ними соответствовали принципам верховенства закона в отношении человеческих прав, и что период тюремного заключения используется для подготовки людей к жизни за пределами тюрьмы после освобождения. Но часто национальное законодательство и правила, касающиеся управления тюрьмами, устарели и нуждаются в реформе. Во многих странах тюремное управление находится в ведении полиции или военных учреждений, и руководители и сотрудники не получили конкретных обучение управлению тюрьмами.Моральный дух персонала обычно низкий, а эффективного руководства для проведения тюремной реформы нет. Системы сбора информации и управления также очень неадекватны (или отсутствуют) во многих пенитенциарных системах по всему миру. препятствуя разработке разумной политики и стратегий, основанных на надежных фактических данных. УНП ООН может оказать большую помощь в реформировании национального законодательства, разработке программ обучения для руководителей пенитенциарных учреждений с целью повышения их руководящей роли и сотрудников применять международные стандарты и нормы в своей повседневной практике и вносить свой вклад в институциональный потенциал здание тюремной администрации.

    Альтернативные меры и санкции

    Переполненность тюрем является основной проблемой почти во всех пенитенциарных системах мира, в то время как уголовно наказуемая политика, а также нехватка служб социальной защиты в сообществе, продолжают способствовать быстрому росту числа заключенных во многих страны. Как упоминалось ранее, переполненность тюрем является основной причиной многих нарушений прав человека. Решения для перенаселенности необходимо изучить и внедрить почти во всех странах, в которых действует ЮНОДК.

    Хотя переполненность тюрем можно временно уменьшить за счет строительства новых тюрем, практика показывает, что попытки преодолеть вредные последствия переполненности тюрем из-за строительства новых тюрем не обеспечивают устойчивого решения. Кроме того, строительство новых тюрем и их содержание обходятся дорого, что требует больших ресурсов. Вместо этого многочисленные международные инструменты рекомендуют рационализацию политики вынесения приговоров, включая более широкое использование альтернатив тюремному заключению, с целью уменьшить количество людей, находящихся в изоляции от общества на длительное время.

    Применение санкций и мер, не связанных с лишением свободы, также отражает фундаментальное изменение подхода к преступности, правонарушителям и их место в обществе, смена фокуса пенитенциарных мер с наказания и изоляции на восстановительное правосудие и реинтеграция. Когда сопровождается адекватной поддержкой правонарушителей, он помогает некоторым из наиболее уязвимых членов общества. вести жизнь, не возвращаясь к криминальным моделям поведения.Таким образом, исполнение штрафных санкций внутри сообщества, а не через процесс изоляции от него, предлагает в долгосрочной перспективе лучшую защиту для общества. Таким образом, поддержка введения и применения санкций и мер, не связанных с тюремным заключением, является ключевым элементом деятельности УНП ООН. работа в сфере тюремной реформы.

    Социальная реинтеграция

    Одна из основных целей Организации Объединенных Наций в области тюремной реформы — способствовать успешной реинтеграции заключенных в общество после их освобождения.Инициативы социальной реинтеграции должны начинаться как можно раньше в процесс уголовного правосудия для достижения максимального эффекта. Это означает, что отвлечение от уголовного судопроизводства (особенно уязвимых групп) на соответствующие программы лечения, санкции, не связанные с лишением свободы, вместо изоляции от общества и целенаправленной деятельности и программ в тюрьмах, все это можно рассматривать как элементы всеобъемлющего «социального политика реинтеграции. Меры по поддержке бывших заключенных после освобождения из тюрьмы, непрерывный уход в общине для нуждающихся все будет более эффективным, если тюремное заключение будет использовано для подготовки заключенного к возвращению в общество.Эта политика требует тесной координации между учреждениями уголовного правосудия и службами социальной защиты и здравоохранения в общественные службы и службы пробации там, где они существуют. УНП ООН может предложить ключевую поддержку и консультации в этой области, включая поддержку разработка программ социальной реинтеграции в тюрьмах и оказание помощи в планировании и реализации непрерывного заботы и поддержки в обществе.

    Здравоохранение

    Равнозначность медицинского обслуживания и права на здоровье — принцип, применимый ко всем заключенным, имеющим право на получение такое же качество медицинского обслуживания, которое доступно в обществе.Однако это право редко реализуется в тюрьмах, где обычно медицинские услуги крайне неадекватны. Медицинские службы в тюрьмах почти всегда сильно недофинансируются и недоукомплектованы кадрами. а иногда и вовсе не существует. Чаще всего под ответственность органа, отвечающего за тюремную администрацию, тюремные службы здравоохранения работают в полной изоляции от национальных органов здравоохранения, включая национальные службы по борьбе с ВИЧ и национальным туберкулезом. программы. Специфические потребности женщин, связанные со здоровьем, редко удовлетворяются.

    Право на здоровье включает не только доступ к профилактическому, лечебному, репродуктивному, паллиативному и поддерживающему здоровью. забота, но также доступ к основным детерминантам здоровья, которые включают: безопасную питьевую воду и адекватную санитарию; безопасная еда; адекватное питание и жилье; безопасное здоровье и стоматологические услуги; здоровые условия труда и окружающей среды; образование и информация по вопросам здоровья и гендерное равенство.

    Техническая помощь, оказываемая УНП ООН в этой области, основана на предпосылке, что реформа пенитенциарной системы и охрана здоровья в тюрьмах взаимосвязаны, и что необходимо принять комплексную стратегию для решения огромной проблемы ВИЧ / СПИДа и других инфекционные заболевания, такие как туберкулез (ТБ) в тюрьмах.Улучшено управление тюрьмами и улучшены условия содержания в тюрьмах. имеет фундаментальное значение для разработки устойчивой стратегии охраны здоровья в тюрьмах. Кроме того, здоровье в тюрьмах является неотъемлемой частью общественной здоровье и улучшение здоровья в тюрьмах имеют решающее значение для успеха политики общественного здравоохранения.

    BOP: Алькатрас

    1936 — Упрямый

    27 апреля 1936 г. — Работая на сжигании мусора в мусоросжигательной печи, Джо Бауэрс начал перелезать через цепь. звено ограды на краю острова.После отказа от приказа спускаться обратно, Бауэрс был застрелен исправительным учреждением. Офицер, находившийся в сторожевой вышке Западной дороги, затем упал примерно на 50-100 футов на берег ниже. Он умер от его травм.

    1937 — Буря надвигается

    16 декабря 1937 г. — Теодор Коул и Ральф Роу работали в цехе циновок в здании модельной индустрии.В течение периода времени, работая в цехе циновок в здании модельных производств, они проложили себе путь через плоские железные прутья окна. Перебравшись через окно, они спустились к у кромки воды и исчез в заливе Сан-Франциско. Эта попытка произошла во время сильного шторма и течений в заливе. были особенно быстрыми и сильными — большинство людей считают, что Роу и Коула унесло в море.Официально они перечислены пропал без вести и считается мертвым.

    1938 — Атака мастерской

    23 мая 1938 г. — Джеймс Лимерик, Джимми Лукас и Руфус Франклин атаковали во время работы в деревообрабатывающем цехе здания модельной индустрии. невооруженный сотрудник исправительного учреждения Ройал Клайн с молотком (Клайн скончался от полученных травм).Затем трое забрались на крышу в попытке разоружить сотрудника исправительного учреждения в башне на крыше. Офицер, Гарольд Стайтс, застрелил Лимерика и Франклина. Лимерик умер от своего травмы. Лукас и Франклин получили пожизненное заключение за убийство Клайна.

    1939 — Неудачная пятерка

    13 января 1939 г. — Артур «Док» Баркер, Дейл Стэмпхилл, Уильям Мартин, Генри Янг и Руфус Маккейн сбежали из изолятора в тюрьме. пропилив плоские железные прутья ячеек и согнув стойкие к инструментам прутья на окне.Затем они спустились к самой кромке воды. Офицеры исправительного учреждения обнаружили мужчин на береговой линии на западной стороне острова. Мартин, Янг и Маккейн сдались, а Баркер и Стэмпхилл были застрелены, когда отказались сдаться. Баркер скончался от полученных травм.

    1941 — Использование силы

    21 мая 1941 г. — Джо Кретцер, Сэм Шокли, Арнольд Кайл и Ллойд Баркдолл взяли в заложники нескольких сотрудников исправительного учреждения, работая на промышленных предприятиях. площадь.Офицеры, включая Пола Мэдигана (который позже стал третьим надзирателем Алькатраса), смогли убедить четверых, что они не могли убежать, и они сдались.

    1941 — Холодный как лед

    15 сентября 1941 г. — Джон Бейлесс пытался сбежать, пока разбирался с мусором.Он сдался вскоре после того, как вошел в холодную воду залива Сан-Франциско. Позже, выступая в Федеральном суде Сан-Франциско, Бэйлесс снова безуспешно пытался сбежать из зала суда.

    1943 — Человек-паук

    14 апреля 1943 г. — Джеймс Боарман, Гарольд Брест, Флойд Гамильтон и Фред Хантер взяли в заложники двух офицеров во время работы в промышленной зоне.В четверо вылезли из окна и спустились к кромке воды. Один из заложников смог предупредить других офицеров о Бегство и выстрелы были произведены по Боармену, Бресту и Гамильтону, которые плыли прочь от острова. Хантер и Брест оба были задержан. Боармен был ранен из огнестрельного оружия и погрузился под воду прежде, чем офицеры смогли его догнать; его тело никогда не было выздоровел.Первоначально предполагалось, что Гамильтон утонул. Однако, скрывшись в течение двух дней в маленькой прибрежной пещере, Гамильтон вернулся в производственную зону, где был обнаружен сотрудниками исправительного учреждения.

    1943 — Носок отсутствует

    7 августа 1943 г. — Гурон «Тед» Уолтерс исчез из здания тюремной прачечной.Его поймали на берегу, прежде чем он смог даже попытаться войти в залив Сан-Франциско.

    1945 — дядя Сэм

    31 июля 1945 г. — В одной из самых изобретательных попыток Джон Джайлс смог воспользоваться своей работой на погрузочной платформе, где он выгружал армейское белье, отправленное на остров для чистки — со временем он украл всю армейскую форму.Одетый в униформе Джайлз спокойно шел на борту армейского катера к тому, что он считал свободой. Он был обнаружен пропавшим без вести почти сразу же. К несчастью для Джайлза, катер направлялся к острову Ангела, а не к Сан-Франциско, как надеялся Джайлс. Когда Джайлз ступил на остров Ангела, его встретили сотрудники исправительного учреждения, которые вернули его в Алькатрас.

    1946 — Битва при Алькатрасе

    2–4 мая 1946 г. — Во время этого инцидента, известного как «Битва при Алькатрасе» и «Взрыв Алькатраса», шесть заключенных смогли захватить камеру. офицеров и получить доступ к оружию и ключам от камеры, фактически получив контроль над ней.Их план начал разваливаться когда сокамерники обнаружили, что у них нет ключа, чтобы отпереть дверь во двор для отдыха. Вскоре после этого сотрудники тюрьмы обнаружили попытка побега. Вместо того чтобы сдаться, Бернард Кой, Джо Кретцер, Марвин Хаббард, Сэм Шокли, Миран Томпсон и Кларенс Карнс решил бороться. В конце концов Шокли, Томпсон и Карнес вернулись в свои камеры, но не раньше, чем взятые в заложники офицеры были выстрелил в упор Кретцером (при поддержке Шокли и Томпсона).Один офицер, Уильям Миллер, скончался от полученных травм. А Второй офицер, Гарольд Стайтс (который остановил третью попытку побега), был застрелен при попытке восстановить контроль над тюрьмой. При попытке побега получили ранения около 18 офицеров. В конце концов, для оказания помощи были вызваны морские пехотинцы США, и 4 мая Попытка побега закончилась обнаружением тел Коя, Кретцера и Хаббарда.Шокли, Томпсон и Карнес предстали перед судом за смерть офицеров; Шокли и Томпсон были приговорены к смертной казни и казнены в газовой камере Сан-Квентина. в декабре 1948 года. 19-летний Карнес получил второй пожизненный срок.

    1956 — Пристыкованный

    23 июля 1956 г. — Флойд Уилсон исчез с работы на скамье подсудимых.Спрятавшись в течение нескольких часов среди больших камней вдоль береговой линии, он был обнаружен и сдан.

    1958 — На спине

    29 сентября 1958 г. — Во время обработки мусора Аарон Бергетт и Клайд Джонсон одолели сотрудника исправительного учреждения и попытались плыть с острова.Джонсона поймали в воде, но Бергетт исчез. Интенсивный поиск ничего не дал. Две недели спустя тело Бергетта было найдено плавающим в заливе.

    1962 — Голливуд

    11 июня 1962 года — Прославлен Клинтом Иствудом в фильме «Побег из Алькатраса», Фрэнком Моррисом и братьями Джоном и Кларенсом Энглином. исчезли из своих камер, и больше их никто не видел.Четвертый человек, Аллен Уэст, по мнению некоторых людей, был вдохновитель, также был вовлечен; однако на следующее утро, когда побег был обнаружен, он все еще находился в своей камере. Расследование выявило замысловатый заговор с побегом, в котором использовались самодельные сверла для увеличения вентиляционных отверстий и фальш-стены. сегменты и реалистичные головы-манекены (с человеческими волосами), размещенные на кроватях, чтобы не пропустить заключенных в ночное время считает.Трое мужчин вышли через вентиляционные отверстия, расположенные в задней стене их камеры — у них были увеличили вентиляционные отверстия и сделали фальшивые вентиляционные / стеновые сегменты, чтобы скрыть их работу. За задней стенкой камер находится служебный коридор с запертыми стальными дверями с обоих концов. Трое мужчин поднялись по инженерным трубам наверх. тюремного корпуса и получили доступ к крыше через вентиляционное отверстие (мужчины ранее согнули железные прутья, которые блокировали вентиляционное отверстие).Затем они спустились по водосточной трубе в северном конце камеры и направились к воде. Считается, что они ушли с северо-восточной стороны острова возле здания электростанции / квартирмейстера. Они использовали тюремные плащи для изготовления примитивных спасательных жилетов и плот понтонного типа для плавания. Обыск в камере сверла, головки, сегменты стен и другие инструменты, в то время как поиск воды нашел два спасательных жилета (один в заливе, другой за Золотыми воротами), весла, письма и фотографии, принадлежащие англинам, которые были тщательно завернутый, чтобы быть водонепроницаемым.Но никаких следов мужчин обнаружено не было. Несколько недель спустя тело мужчины, одетого в синюю одежду. похожий на тюремную форму был найден недалеко от побережья от Сан-Франциско, но тело было слишком плохо ухудшились, чтобы идентифицировать. Моррис и Англины официально числятся пропавшими без вести и предположительно утонувшими.

    1962 — Блюдо, которое лучше всего подавать холодным

    16 декабря 1962 г. — Джон Пол Скотт и Дарл Паркер согнули решетку кухонного окна в подвале погреба, вылезли наружу и сделали их путь к воде.Паркер был обнаружен на небольшом выступе скалы недалеко от острова. Скотт попытался плыть в сторону Сан-Франциско, но течения начали уносить его в море. Его нашли несколько подростков на скалах возле Форт-Пойнт (под мостом Золотые Ворота) и доставили в военный госпиталь на Армейская база Президио страдает от шока и переохлаждения перед возвращением в Алькатрас.

    Предпосылки Работа в тюрьмах — реформа системы труда в тюрьмах

    • Относительно небольшое количество заключенных имеют какую-либо работу; примерно 60% не имеют никакого рабочего задания, а это означает, что большинство заключенных не получают никаких зарплат; 35% работают в институциональном обслуживании, около 2% — в сельском хозяйстве; только около 4% заключенных в США работают в традиционных тюремных отраслях.

    • Слабые статистические данные для работающих заключенных предполагают около 60 центов в час (и без социального обеспечения, без пособий) и, возможно, всего несколько сотен долларов в год, что в год меньше, чем еженедельная зарплата среднего американского гражданского рабочего.

    • В целом, заключенным запрещено федеральными законами и законами штатов — в значительной степени подкрепленным отказом общества — производить товаров для продажи в межгосударственной торговле, тем самым в целом лишая заключенных почти всех видов защиты занятости в соответствии с гражданским трудовым законодательством.

    • Вопреки распространенному мнению и большому количеству литературы, 13-я поправка к Конституции, запрещающая принудительный труд, за исключением случаев осуждения, имеет мало практического значения для работы современных заключенных, которая считается добровольной .Фактически, количество кандидатов в заключенные обычно превышает количество имеющихся в тюрьмах рабочих мест. Реальность заключенных в США лиц такова, что возможность работы сегодня — это в первую очередь отсутствие возможности трудоустройства среди гражданского населения, оставляя доступными исключительно (монополистически) в основном незащищенные и неоплачиваемые возможности трудоустройства, предоставляемые департаментами исправительных учреждений.

    Важными следствиями безработицы среди заключенных в США являются: (1) вместо того, чтобы обеспечивать себя, своих детей и семьи, они теперь получают поддержку на остатков их семей с чрезвычайно непропорционально низким доходом, тем самым обнищая тех, кто остался дома; и (2) заключенные не могут оплачивать штрафы, судебные издержки, реституцию потерпевшего, алименты и даже звонки по болезни в тюрьму, телефоны, питание и проживание, а также другие платные товары и услуги, и поэтому накапливают сборы и проценты, налагаемые на их сразу после освобождения.

    В то время как легко указать пальцем, наиболее трудно найти кого-либо , а не , хотя бы частично, ответственного за плачевное состояние современных возможностей для трудоустройства заключенных в США; мы все, кажется, разделяем вину, включая исправительные учреждения, департаменты исправительных учреждений и цепочки подчинения, политиков и выборных должностных лиц, включая губернаторов, организации частного бизнеса, такие как Торговая палата США, профсоюзы, включая AFL-CIO, основные религии и отказ от прав человека заключенных рабочих, и, конечно же, мы в голосующей публике, которая давно отказалась от тюремных рабочих.Как персонаж комикса Пого сказал бы: «Я видел врага, и он — это мы». Как и всякая дискриминация, мы верой, оставлением и бездействием гарантируют, что нынешнее жестокое обращение продолжается.

    И хотя поворот зависит от всех вышеперечисленных интересов, каждый в свою очередь рассчитывает, что другие сначала изменятся и облегчат их обращение. Хотя мне удобно указывать на других, я считаю, что исправление тюремного труда начинается с нас.

    История тюрем — от древних до современных тюрем

    С момента зарождения современной цивилизации в 3-м тысячелетии до нашей эры почти каждая крупная древняя цивилизация использовала концепцию тюрем как средство задерживать и лишать свободы заключенных.В те ранние периоды истории тюрьмы часто использовались как временная остановка. приговорили к смертной казни или пожизненному рабству, но с течением времени и развития нашей цивилизации тюрьмы начали превращаться в исправительные учреждения, которые приступили к реализации концепции реабилитации и исправления заключенных. Помимо содержания осужденных или подозреваемых в преступлении, тюрьмы часто используется для содержания политических заключенных, врагов государства и военнопленных.

    Самые ранние записи о тюрьмах относятся к 1 тысячелетию до н.э., они расположены на территориях могущественных древних цивилизаций г. Месопотамия г. и Египет .В те времена тюрьмы почти всегда располагались в подземных темницах, где виновные или подозреваемые преступники провели свою жизнь в ожидании смертного приговора или приказа стать рабами (часто работая рабами на галерах). Исключение из этого правила исходит от дом современной демократии — Греция . Там заключенные содержались в плохо изолированных зданиях, где их часто можно было навещать. своими друзьями и семьей. Основным источником их задержания были не подземелья, высокие стены или решетки, а простые деревянные блоки, прикрепленные к ним. их ноги.Древняя г. Римская империя г., однако, продолжала использовать более суровые методы. Их тюрьмы были построены почти исключительно под землей, с узкими и клаустрофобными проходами и клетками. Сами заключенные содержались либо в простых камерах, либо прикованными к стенам на всю жизнь или на время. Поскольку в те дни рабство было нормой, большинство заключенных, не приговоренных к смертной казни, продавались в рабство или использовались римлянами. правительство как рабочая сила. Одним из самых известных применений рабов в Римской империи было « гладиаторов, ».Помимо боев в на арене (иногда после долгих тренировок в специальных домах подготовки гладиаторов, или Лудусах), многие рабы были назначены в качестве вспомогательной рабочей силы Это позволило более плавно вести популярный гладиаторский бизнес. Самое известное поле битвы гладиаторов, могущественный Колизей, Арена в Риме имела армию рабов. 224 рабов, которые ежедневно работали в качестве источника энергии сложной сети из 24 лифтов, которые перевозили гладиаторов и их диких животных противников из подземных подземелий на пол арены.

    Условия в европейских тюрьмах оставались суровыми до тех пор, пока английские королевские особы не стали более активно участвовать в своей системе правосудия. Генрих II заказал строительство первой тюрьмы в 1166 году вместе с первым проектом английской правовой системы, в которой использовалась концепция присяжных. Один из самых историческое тюремное законодательство было введено в 1215 году, когда король Иоанн подписал Великую хартию вольностей , в котором говорилось, что никто не может быть заключен в тюрьму. без суда.С развитием индустрии между 16 и 18 веками английские тюрьмы стали переполненными, и начали применяться новые меры наказания. реализовано — военное помилование и каторжные перевозки (в конце 18 века из Англии в исправительные колонии в Северной Америке и Австралии). Франция даже продолжала свою практику исправительных колоний до середины 20 века (особенно во Французской Гвиане и ее печально известной тюрьме Остров Дьявола), а Россия также использовала удаленные исправительные колонии в замерзшем северо-востоке Сибири.

    Эпоха современных тюрем, которую мы знаем сегодня, началась с нескольких тюремных реформ в Англии XIX века. За это время заключенные начали получили больше ухода, была представлена ​​концепция реабилитации, и правительства во всем мире (особенно в Великобритании и США) начали пересматривать свои взгляды на одиночное заключение (которое было основным источником увеличения числа душевнобольных, суицидальных и кататонических заключенных). Войны, охватившие мир в начале 20 века принесло формирование большого количества военных лагерей военнопленных и концлагерей .Наиболее известные примеры таких тюрем произошли во время Второй мировой войны, когда нацистское правительство сформировало более 300 человек. центры содержания под стражей, в которых без судебного разбирательства содержались политические оппоненты, евреи, цыгане, преступники и другие лица. Большинство из них было в конечном итоге погибли в беспрецедентно массовом масштабе, который сегодня оценивается от 11 до 17 миллионов человек.

    В конце 20 века современная тюремная система была окончательно сформирована. Понятие «служба пробации» было введено в 1991 году, а за три года до этого. была образована первая тюрьма, предназначенная исключительно для содержания заключенных в постоянной изоляции.Те тюрьмы « supermax » получили широкое распространение. по всем Соединенным Штатам, причем более 40 из них действовали в 2005 году. Заключенные в этих тюрьмах содержатся в камерах продолжительностью 23 часа. изоляция, время от времени в общем дворе, работа, образовательные программы и питание в кафетерии. По оценкам, на 2006 год более 9 миллионов люди находятся в заключении во всем мире, причем Соединенные Штаты лидируют по количеству заключенных (743 на 100 000 человек).

    Историческая справка — Государственный парк территориальной тюрьмы Юма, музей и экспонаты


    Интересные истории

    ЗАКЛЮЧЕННЫХ МОРМОНОВ В ТЕРРИТОРИИ ЮМА: УГОЛОВНОЕ ПРЕСЛЕДОВАНИЕ ИЛИ РЕЛИГИОЗНОЕ ПРЕСЛЕДОВАНИЕ?

    Историческая справка

    Вторая половина XIX века в США считалась эпохой моральной реформы, подпитываемой народными движениями, направленными на решение таких проблем, как рабство, тюремная реформа, проституция и многоженство.

    Еще в 1856 году недавно сформированная Республиканская партия объединила рабство и многоженство как «двойные пережитки варварства» и поддержала принятие Закона Моррилла о борьбе с двоеженством в 1862 году. Закон определенно объявил вне закона мужчину, женившегося на второй живой жене, и это Попытка судебного преследования была направлена ​​непосредственно против членов Церкви Иисуса Христа Святых последних дней (мормонов) в Юте и прилегающих территориях. Поскольку гражданская война идет полным ходом, а штат Юта находится вдали от федеральных властей, соблюдение закона было практически невозможно, даже если США.С. Президент хотел, так как на его реализацию не было выделено ни офицеров, ни средств.

    В 1882 году сенатор Джордж Ф. Эдмундс из Вермонта возобновил судебное преследование, приняв Закон Эдмундса, который объявил «незаконное сожительство» уголовным преступлением, тем самым устранив необходимость доказывать факт фактического брака. Он лишал осужденного права голосовать, входить в состав присяжных или занимать политическую должность. Часто эти ограничения применялись независимо от того, практиковал ли человек полигамию или просто верил в церковь или доктрину многоженства, фактически не участвуя в ней.По условиям этой меры в тюрьму были заключены более 1300 человек.

    Мормонские узники территориальной тюрьмы Юма

    В середине 1880-х годов двенадцать видных лидеров мормонов были осуждены в соответствии с этим последним законом, а девять были заключены в территориальную тюрьму Юма. Первые трое осужденных были отправлены в исправительную палату Детройта в Мичигане. В число других девяти человек, в порядке их осуждения, входили Уильям Джордан Флейк, Йенс Нилс Скоузен, Альма Платт Спиллсбери, Джордж Томас Уилсон, Чарльз Иннес Робсон, Оскар Марион Стюарт, Джеймс Томас Уилсон, Хайрам Смит Фелпс и Эдмунд Элсворт.Похоже, что это была попытка показать этих лидеров сообщества примером и предостережение для других.

    заключенных-мормонов, осужденных по федеральным обвинениям, представляли собой сложную задачу для суперинтенданта Фрэнка Ингаллса в территориальной тюрьме, поскольку эти новые осужденные полностью отличались от убийц, насильников, растратчиков и других преступников-преступников, обитавших в тюрьме. Суперинтендант следовал букве закона в обеспечении соблюдения тюремных правил, но знал, что эти люди были людьми с характером и известностью и, в определенных пределах, с ними обращались как с таковыми.

    Эта эпоха в истории территориальной тюрьмы Юма была недолгой. К 1890 году Церковь СПД издала Манифест, запрещавший многоженство. Однако можно задать вопрос: были ли эти люди заключены в тюрьму за нарушение закона или за их религиозные убеждения?

    Загородный клуб в Колорадо

    В тюрьме было больше современных удобств, чем в большинстве домов Юмы, и Юман это возмущало.

    • Электричество
    • Принудительная вентиляция
    • Канализация, включая две ванны и три душа
    • Библиотека с 2000 книгами, наибольшая на тот момент в территории
    • Просвещенное, прогрессивное управление
    • Даже тюремный оркестр!
    Hell Hole

    Заключенные боялись и ненавидели территориальную тюрьму

    • «Невыносимая жара… это превратило это место в ад. «
    • В окружении рек, песчаного песка и пустыни со всех сторон.
    • Нечеловеческое «Змеиное логово» и «Шар с цепью» в качестве стандартного наказания.
    • Туберкулез — убийца №1
    • «Невозможно вынести, более невозможно убежать».
    Суперинтенданты
    • Пятнадцать разных мужчин служили суперинтендантами в течение 33 лет работы тюрьмы.
    • Суперинтендант отвечал за условия жизни, записи и дисциплину заключенного.
    • Они были политическими назначенцами от губернатора территории, зарабатывая 250 долларов в месяц, когда покровительство было образом жизни.
    Титаны:

    Эти двое мужчин, отбывающие по два срока каждый, помогли сформировать репутацию территориальной тюрьмы Юма и сформировать высочайшие стандарты тюремной администрации.

    Ф.С. Ингаллс июнь 1883 г. — июль 1886 г., октябрь 1889 г. — сентябрь 1891 г.

    • Построено здание размером 120×40 футов для машинного отделения, кузнечной, столярной, обувной и швейной мастерских.
    • Электричество заменило уголь, мазут и свечи для освещения, был одним из первых генераторов на Западе.
    • Его жена Мадора работала над улучшением условий и возможностей для получения образования, открывала библиотеку, но также была готова укомплектовать батарею Лоуэлла в случае необходимости.

    Томас Гейтс июль 1886 г. — октябрь 1887 г., июль 1893 г. — июль 1896 г.

    • Задайте тон «твердой, но справедливой» администрации
    Строители

    Уильям Вернингер (1875–1876) был шерифом округа Юма и отвечал за первоначальное строительство тюрьмы.

    Джордж Терлоу (1876–1881) расширил тюрьму с 2 до 14 камер и построил столовую.

    Уильям Гриффит (1902–1904) установил вторую электрическую установку и, как известно, заменил зараженные клопами деревянные кровати на железные стеллажи.

    Томас Райнинг (1907–1909), один из «Грубых наездников» Тедди Рузвельта, приступил к строительству новой тюрьмы во Флоренции, перенеся последние тюрьмы из Юмы в сентябре 1909 года.

    В горячей воде:

    Некоторые суперинтенданты подвергались постоянным нападкам со стороны прессы и их политических врагов

    Джон Бехан Октябрь 1887 г. — октябрь 1889 г.

    • Бывший шериф округа Кочиз, противник Уятта Эрпа и Дока Холлидея в Надгробии,
    • Не известен как солидный администратор, подвергался постоянной политической и редакционной критике

    М.М. МакИнерней сентябрь г. 1891 г. — апрель 1893 г.

    г.
    • Нечестно подвергается нападкам в прессе за «безрассудное и бессистемное управление тюрьмой» ….
    • Обвиняется в хищении в ходе политического нападения, но оправдан.
    • Под его руководством были усовершенствованы уборные и санузлы, а также улучшена работа сторожевой башни.
    Кратковременный таймер

    Уильям К. Мид Апрель 1893 г. — май 1893 г.

    • Просуществовал всего месяц, возможно, его любила только его собака!
    .

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

    Авторское право © 2021 Es picture - Картинки
    top